Гордо покачиваясь на волнах, он стонал, от стремительных, яростных ударов волн, и словно хищная птица, с острым клювом, парящая в облаках, злобно взирал на невольников. Ефим успел снять сапоги и промыть раны морской водой. Соль обожгла ноги, и Ефим, обливаясь холодным потом, застонал. К берегу турки привезли телеги с бочками, и надсмотрщики, выстроили в ряд рабов. Работалось легко молодому парню. Плечи и руки, отвыкли от нагрузки, и приятно ныли, когда он катил бочку по деревянному помосту. Запахи огромного города, с благоуханиями, не давали сердцу покоя. Ефим до слёз зажмуривал глаза, и представлял, как он без кандалов, скачет на лошади по степям, к родному дому. Где во дворе его встречает мама и сестрёнка.

Когда трюмы «Красной стрелы», были забиты, невольников стали рассаживать по местам. Турок с плетью важно прохаживался по узкому проходу между скамьями, и тыкал толстым пальцем, указывая каждому рабу на маленькое пространство возле борта. На каждой скамейке (банке) сидели трое гребцов, их приковывали к деревянному брусу, на котором крепилась уключина. Длина «Красной стрелы» была метров шестьдесят, имелись тридцать два весла, длинной метров пятнадцать. Три мачты, с треугольными, прямыми парусами, и экипажем двести пятьдесят человек.

Спускаясь по лестнице, Ефим увидел чан с водой, и дряхлого старика, сидевшего в углу, в котором едва теплилась жизнь. На нём не было кандалов, он тяжело дышал, и надрывисто кашлял. В его обязанности входило приносить пайзенам еду и воду, больше ничего. Другими, особыми привилегиями, он не пользовался. Жил на галере, уже больше пятнадцати лет, и не одна тысяча рабов прошла перед его выцветшими от палящего солнца глазами.

Ефима усадили возле прохода. Турок, Омар, с момента прихода рабов, заметил полного сил, и здоровья казака. И скалился, обнажая жёлтые зубы, кивая, с улыбкой огромной головой. Почему так усаживали рабов, Ефим не понимал, и только когда рядом оказался Степан, то шёпотом объяснил.

– Это тяжёлое место, для человека, Ефим. Самая большая нагрузка ложится на плечи гребца, сидящего около прохода. Края весла имеют в этих местах большой ход. Здесь нужна богатырская сила. Понимаешь меня?

Ефим чуть склонил голову набок и оглянулся назад. Омар продолжал распределять рабов, и грозно размахивать плетью. Уже слышались крики и вопли избитых рабов. Остальные люди молчали, старались лишний раз не нарываться на неприятности, только голод и болезни делали своё подлое дело. Не у всех организмы выдерживали колоссальных нагрузок, и много рабов умирало прикованными цепями, от солнечных ударов, или остановки сердца.

Конец ознакомительного фрагмента.