Он не хотел признавать даже сам себе, привязанности к этой своей фаворитке-любовнице, так как не желал сам в себе видеть и чувствовать до кого-либо любовь. А тем более, нельзя было допустить, чтобы эти чувства увидели у него его подданные.

Чувства любви у короля оборотня делали его слабым. Как в глазах его подданных, так и в глазах его врагов. И это могло обернуться против него. Как это случилось с его отцом, который отдался любовным чувствам к человеческой принцессе и рождённому от неё сыну.

То, что отец не дал ему убить Кирта, когда тот был ребёнком и жил во дворце оборотней, показало Зуру на слабое место отца. И всё это, в конце концов, привело к тому, что Зур убил его и сам занял место короля-оборотня.

Видя, что Зур не спешит с ответом и вообще, пока ничего не говорит, Стелия медленно залезла на кровать, где стала принимать различные грациозные позы. Вид этих соблазнительных поз мог легко возбудить и заставить потерять голову любого представителя мужского рода. Даже находившийся в апартаментах Юцат, стал тяжело дышать и пускать слюну.

— Я хочу попробовать его. Ощутить его в себе. Его силу, мощь, неудержимую энергию. — Простонала сама уже возбужденная соблазнительница, ставшая теперь массировать свои пышные груди.

— Ты думаешь, он лучше меня!? — Закипая от ярости и возмущения, зарычал Зур. — Хочешь сравнить, кто из нас лучше. Я вижу сегодняшнее представление, устроенное моим братцем-человеком, вскружило всем вам головы.

— А разве ты сам, приказал его взять живым, после того, как увидел, что он вытворяет, не для того, чтобы убедиться самому и показать остальным, что ты лучше его. — Заметила ему в ответ вампирша, дав тем самым понять, насколько она прекрасно изучила своего короля-любовника.

— Ты думаешь, у тебя останутся силы на Кирта, после того, что я сейчас с тобой проделаю!? — Бросил ей вызов Зур, направляясь к кровати, при этом на ходу снимая с себя одежду. Уже возле самой постели, он, взглянув на Юцата, приказал. — Оставь нас.

************************

После того, как Глория задала ему свой последний вопрос, Кирт, воспользовавшись наступившей тишиной и данным, наконец, ему спокойствием, полностью расслабился, как телом, так и разумом.

Погрузившись в глубокую медитацию, он стал заполнять своё пустое Ядро энергией этого мира.

Продолжать бесполезную борьбу с кандалами, с которыми он всё равно бы ничего не смог сделать, означало продолжить тратить жалкие остатки своих сил и энергий впустую. А ведь главным сейчас было снова привести себя в достойную физическую форму для новой предстоящей борьбы с врагом. Ведь Кирт не сомневался в том, что его битва ещё не закончена. И вскоре ему снова предстояло сражаться. Сражаться за свою жизнь и за жизнь Глории.

Чтобы выжить и победить в этом сражении, ему нужна была вся его сила и энергия. Поэтому он, уйдя от реальности, медитировал. Накапливая энергию и восстанавливая свои силы.

Помимо всего прочего, Кирт очищал и разум. Очищал от заполнившей тот информации.

Неприятной, раздражавшей и злившей его информации. Выводившей его из себя. Заставлявшей подняться на поверхность его сущности диким, звериным инстинктам и желания.

Ведь он хотел отомстить! Отомстить тому, кто убил его родителей и деда. Отомстить тому, кто был виновником стольких смертей на Атлантиде. Ведь это именно Зур начал ту войну между людьми и монстрами. И именно он и был во всём виноват.

Но Кирта хорошо обучили наставники в монастыре Стихий. А жизнь после обучения, прошедшая в постоянных скитаниях и сражения, дополнила это обучение.

Чтобы побеждать и выживать, мало было быть сильным, ловким и быстрым. Ведь всегда найдётся кто-то быстрее и сильнее.

Необходим был ещё и разум. Желательно такой же сильный и быстрый. Ведь для того чтобы побеждать и выживать, нужно было быстро соображать, и принимать мгновенные решения, от которых зависела жизнь.

Но если в голове бардак, и все твои мысли заняты только о мести, то никакой речи не могло идти о нормальном, внутреннем, психическом состояние. Про то состояние, в котором все принимаемые тобой решения, верные и правильные.

Полностью погрузившись в состояние глубокой медитации, Кирт, закрыв глаза и опустив голову, был похож теперь на спокойно спящего человека. Что со стороны, было чем-то невероятным. Учитывая неудобное, стоячее положение пленника. Положение, в котором тот не просто стоял на ногах, а ещё и был прикованным к стене, за поднятые вверх руки.

Во всяком случаи так про своего любимого подумала, снова ставшая смотреть на него Глория. Ей ведь уже порядком надоело затянувшееся молчание и вообще полное бездействие. И для неё был чем-то диким, этот спокойный сон Кирта.