Внимание! Нижняя часть организма атрофирована

Едва ли не половина тела попросту отпала, рассыпаясь на десятки мёртвых чёрных пилигримов.

Ну и прекрасно. Ноги всё равно больше не функционировали.

Я подхватил затаившегося неподалёку Ультера, до последнего управляющего Шрамом, а потому вынужденного находится в опасной близости от Стального, и на одних руках побежал в сторону Лесного озера.

— Чёрный! — донеслось вдруг откуда-то сзади.

Я обернулся: это был Клык Первый, сидящий верхом на вервольфе чуть в отдалении от поля боя.

— Прощай, Чёрный! — крик вожака гоблинов едва долетал до сюда, но я всё равно различил дрожь в его голосе.

— Прощай, друг! Теперь Чёрная гора принадлежит вам, — проревел я и двинулся к Залу предков.

***

Ко мне в объятия тут же бросилась взволнованная Ива, которую с трудом удерживали от желания броситься на помощь:

— Ну что, Чёрный?! Ты его победил?

Я огляделся: в Зале предков столпились все игроки фракции серых... Когда-то их было полторы сотни. До финала добралось всего четыре десятка, да и то вместе с бежевыми.

Кей-Си распрощался с нами ещё вчера вечером, пожелав остаться в Игре и продолжить исследование мира. А вот Ультера я решил взять с собой, тем более, что оцепеневший юродивый вряд ли бы ушёл с поля битвы и в итоге попался бы всё тому же Стальному. Да и кому он теперь нужен? Барголы от него отказались, а гоблины вряд ли смогут совладать с немного тронутым ментальным магом.

— Так победил?! — повторила Ива, с трудом удерживая слёзы.

— Пфффф... Нет, конечно. Ты его вообще видела? От Шрама одни ошмётки остались... Зато у меня есть кое-что другое! — и я продемонстрировал последний обломок от Ключа: небольшой конус, покрытый странного вида рунами. Его не смог повредить даже сильнейший заряд молнии.

***

В воздухе над идеально ровной окружностью, расположенной прямо в центре Зала предков между двумя рядами статуй, появились синеватые очертания метрового Ключа. Обломки выскользнули из рук игроков и встроились в «пазл», соединяясь в один литой артефакт, чья ценность превышала всё, что только можно себе представить.

Синеватое свечение пропало, и Ключ плавно опустился ровно в отверстие двери. Раздался щелчок, и окружность отъехала в сторону, являя чёрный провал.

Поздравляем, фракция серых! Вы становитесь второй фракцией, которой удалось выбраться из Игры.

Вы смогли открыть дверь в саму Преисподнюю! Да сохранят вас силы Мрака...

Игра окончена. Так идите же вперёд!

***

Лестница. Тёмная винтовая лестница, ведущая куда-то вниз.

Мы спускались уже полчаса, изредка освещая путь прожектором Грека. Пользоваться этим удобным осветительным прибором на постоянно основе не рискнули: кто знает, что за существа живут в этом странном месте. Не стоит выдавать своё присутствие раньше времени.

Внезапно за очередным поворотом прожектор Грека вырвал из темноты небольшую фигуру. Это был маленький гуманоид, щурившийся яркому свету. До нашего появления он что-то рисовал прямо на гладкой стене... чем-то, очень похожим на кровь.

Красный монах. 56 уровень

Это был тот самый человечек из Пустынной башни... Правда, на этот раз не голый, а облачённый в какую-то неопрятного вида ткань, обвязанную на подобии хитона. Красный монах с интересом оглядел фракцию серых в полном составе и хотел было что-то сказать, но тут его взгляд замер на стоящем рядом со мной юродивом. С минуту красный монах молчал, тупо глядя на Ультера, а затем проговорил низким хриплым голосом:

— Крысолов... это ты?

Я облегчённо вздохнул и оторвался от звукозаписывающего устройства... Этот длинный рабочий день наконец-то закончился. Одно из моих щупалец скользнуло в карман и достала небольшой платочек, вытирая вспотевший лоб.

— Кторвик! Ты всё? Сейчас репортёры нагрянут, — напомнил мне стажёр, которого все называли Зелёным, хотя в действительности его имя звучало так: Кла-Кро Эр Третий... Дворянский род, да ещё и предок легендарного Абрахрама Кла-Кро! Впрочем, кого сейчас удивишь дворянскими корнями? 

Репортёры? Точно. Ещё же этот долбанный сюжет для канала нужно записать... Вообще, я не большой любитель «торговать лицом», моё дело — сочинять и озвучивать, но личная просьба продюсера и неплохая премия склонили таки чашу весов.