Шрифт:
Я пожал плечами.
– Не знаю. Место и время значения не имеют. Мне все равно, придумайте сами. Но только… у меня условие, госпожа Гадюка.
– Какое, Пупсик? – спросила женщина.
– Эти больные… – сказал я. – Я не хочу, чтобы они обо мне узнали. Ни обо мне, ни уж тем более обо мне, как о принце.
– Ты бы мог прославиться.
– Мне слава не нужна.
– Да уж. А что тебе нужно?
– Ничего из того, что они могут мне дать, – сказал я. – Если у нас все получится, то пусть знают, что они обязаны жизнью богине. И только ей, госпожа Гадюка. Пусть не забудут поблагодарить ее хотя бы словами – в храме.
– Конечно, мальчик, – сказала Гадюка. – Я объясню им. Не сомневайся. И о тебе никто не узнает: что-нибудь придумаю.
– Спасибо.
«Уж очень сладко она поет, – сказал Ордош. – Слишком сладко».
«Хорошие люди встречаются даже среди бандитов».
«Ну-ну. Все забываю, что ты провел сотню лет в тепличных условиях. Ты плохо знаешь людей, дубина. У всех хороших поступков, а особенно у тех, которые совершают такие люди, как Гадюка, обязательно есть второе дно».
***
С Гадюкой мы договорились, что я стану лечить (богиня, конечно же, богиня!) только синюшку. Где и когда это будет происходить, она сообщит мне позже. Все организационные вопросы Гадюка взяла на себя. И пообещала сохранить в тайне мое участие в этом мероприятии.
Несколько минут мы обсуждали, что понадобится для лечения (птицы, десятки птиц!).
Потом Гадюка стала расхваливать мой кофе.
Даже Астра сказала:
– З…зачотный кофе, малыш.
И только когда Гадюка отодвинула в сторону пустую чашку и встала из-за стола, я смог вернуться к работе.
До самого конца рабочей смены я прокручивал в голове наш с Гадюкой разговор. Пытался отыскать в ее словах то самое «второе дно», о котором говорил Ордош.
А ночью, когда в зале оставалась всего одна гостья, я узнал, что меня продали.
Глава 14
– С завтрашнего дня ты будешь работать в другом кафе, Пупсик, – сказала Ряба. – Сейчас я тебя познакомлю с твоей новой хозяйкой.
– С моей хозяйкой? – переспросил я.
Со стороны кухни не доносилось ни звука: повара давно ушли. Девчонки официантки неторопливо протирали столики. Елка развалилась на стуле, раздвинув ноги, ковырялась в зубах зубочисткой.
– Да. Мы с ней уже обо всем договорились. Она хорошая женщина. Тебе у нее понравится.
Я старался не обращать внимания на хохот Ордоша, что раздавался в моей голове.
Посмотрел на сидевшую за столом незнакомую женщину. Та внимательно прислушивалась к нашему с Рябой диалогу. Похоже, это и есть моя «новая хозяйка».
– Но я не хочу работать в другом кафе, госпожа Рябина.
– Пупсик! – сказала Ряба. – Мы уже все решили. Сейчас ты поднимешься наверх, соберешь свои вещи. Тебе помогут погрузить их в коляску. Живешь ты теперь в другой части города, более престижной. Тебе подыскали хорошую комнату: не хуже чем та, в которой ты ночуешь сейчас. Ты будешь ею доволен.
– А вам я больше не нужен? – спросил я.
Рябина нахмурилась.
– Нужен, не нужен… Ты мне нравишься, Пупсик. Я хорошо с тобой обращалась. Но теперь пришло время нам расстаться. Я деловая женщина, Пупсик. А за тебя предложили хорошие деньги.
– Деньги?
– Да, Пупсик, деньги.
– Но… разве я ваш товар?
– Я заботилась о тебе, Пупсик, – сказала Ряба. – О мужчине обязательно должен кто-то заботиться. Ты не переживай: твоя новая хозяйка добрая. Ничем не хуже меня. Тебе будет у нее хорошо. Помни только: ты должен быть послушным и прилежно работать.
«Она всерьез это говорит, или подкалывает меня?»
«Се…се…серьезно», – захлебываясь смехом, ответил Ордош.
– Ты сдурела, женщина? – спросил я.
– Что?
– Я спрашиваю: ты ударилась головой, или у тебя поднялась температура? Что за чушь ты несешь?
К смеху Ордоша присоединилась Елка, заставив меня вздрогнуть от неожиданности и обернуться. Елка разразилась похожим на кудахтанье хохотом, согнулась, схватившись за живот. На глазах у нее блестели слезы.
– Как ты со мной разговариваешь?! – сказала Ряба.
– Я? Нормально! Даже более вежливо, чем следует.
– Что?!
– Так я не понял: вы возомнили себя моей хозяйкой? – спросил я. – С какого перепуга?
– Ты!…Ты!… Что ты себе позволяешь?!
Рябина всплеснула руками.
– Не смей мне дерзить! – закричала она. – Ты жалкий мужчина! Как смеешь ты мне возражать?! Знай свое место!
– Капец, – произнес я.
Меня не покидало ощущение того, что Рябина надо мной шутит, пытается спровоцировать на забавную реакцию.
«Она сошла с ума?»