Шрифт:
«Кто ты?» – спросил я, не размыкая губ.
«Меня зовут Ордош, – сказал голос. – «Оор Доош» – на языке султаната Морошия это значит Злой Колдун. В последние годы жизни меня называли только так. С сегодняшнего дня я твой самый близкий родственник. По вине одной могущественной идиотки мы с тобой очутились вдвоем в одном теле. Так что теперь ты будешь слышать мой голос очень часто».
«Где мы?»
«Лежим на холодном полу. Во дворце местной правительницы. В теле молодого принца, которого только что убили».
«Убили? Зачем?»
«Несчастный случай».
«Как это?»
«Его задел выброс магической энергии. Случайно. В одной из спален, что находятся поблизости, кто-то из женщин испытал оргазм и опустошил в честь такого события весь свой резервуар маны. Для нашего принца это происшествие оказалось фатальным».
«Почему?»
«Так уж устроен этот мир, – сказал Ордош. – Мужчинам здесь опасно находиться рядом с женщинами: любое соприкосновение с чистой магической энергией заканчивается для них кровоизлиянием в мозг. Наш принц сбежал сегодня из своей башни, где проводит в изоляции все свое время. А женщины… они такие эмоциональные, ты же знаешь. Бессмысленные выбросы энергии у них случаются часто».
«Его убил чей-то оргазм?»
«Главное несчастье для тебя сейчас не это, – сказал Ордош. – Я тут покопался в памяти принца, пока ты приходил в себя, а заодно и в твоей. И вот что могу тебе сказать: те годы, что ты зубрил трактаты по магии, ты потратил зря. Знания о том, как переплетать магические потоки тебе здесь вряд ли пригодятся. В этом мире магией владеют только женщины».
«А мужчины?»
«Мужчины здесь выполняют декоративную функцию – нужны для красоты. Ну, и для продолжения рода, конечно, – но это отдельная история. Их здесь в сотни раз меньше, чем женщин. И прав у них не больше, чем у домашних животных».
– Пупсик?! Пупсик!!! – услышал я женский голос.
Закрыл глаза, притворился, что нахожусь в беспамятстве.
Гул многочисленных шагов и голосов.
Чье-то шумное дыхание. Холодные пальцы прикасаются к моей шее.
– Он жив!
– Что?
– Он дышит! Сердце бьется!
Гул голосов стал громче на пару десятков децибел. Я подавил желание приоткрыть глаза и подсмотреть, сколько народу собралось вокруг меня.
– Как такое может быть?!
– Всем молчать!
Почти все звуки стихли. Только сопение над моей головой и шорох одежды.
– Все вон отсюда! – сказал все тот же голос.
Шарканье по полу многочисленных ног.
– Ты! Стой! Вернись! Бери его на руки!
Я почувствовал, как меня подняли с пола. Резкий запах пота и спиртного.
– Неси его в Мужскую башню! Осторожно! Это мужчина, а не твоя подружка! С ним нужно обращаться бережно! Если он не выживет, королева нам всем головы оторвет! У него через две недели свадьба!
– Слушаюсь, госпожа маршал, – сказала державшая меня на руках женщина. – Я… осторожно.
Захват ее рук чуть ослаб.
– Быстрей! Пошевеливайся!
– Слушаюсь, госпожа маршал!
Моя голова закачалась в такт торопливым шагам.
Очень захотелось «очнуться» и пойти самому.
«Не открывай глаза, дубина, – сказал тот, кто называл себя Ордошем. – Не выдай себя. Наш принц был умственно отсталым. Полным кретином. Пока притворяйся ветошью. Я после объясню тебе, как придерживаться нужного образа».
***
Как рассказал мне Ордош, мужчины в этом мире жили в изоляции от женщин. Для них выделяли территорию, где вероятность магических всплесков стремилась к нулю, и куда женщины заходили редко. В моем случае (или в случае принца Нарцисса) таким местом была башня Мужская.
Нет, это совсем не такая башня, в какой проживал архимаг Северик. Жилище принца больше напоминало обставленную роскошной мебелью тюремную камеру. Винтовая лестница с множеством ступеней и тесная по меркам дворца комнатушка на самом верху. И никаких удобств! Ни водопровода, ни санузла! Керамический горшок!
«Все не так уж плохо», – сказал голос Ордоша, когда вопли негодования в моей голове, вызванные описанием моего нового дома, утихли.
«А что же здесь хорошего? Горшок!» – сказал я, по-прежнему не открывая глаза.
В комнате, куда меня принесли и уложили на кровать, раздавалось чье-то тихое бормотание, сообщая, что я по-прежнему не в одиночестве. И потому я продолжал изображать бесчувственное тело.
«Я видел в твоих воспоминаниях, к каким удобствам ты привык в своем первом мире и в башне архимага. После такого, конечно, горшок вызывает уныние. Но в этом мире горшки тебя ждут не везде».
«Твои слова меня пугают».
«Ты не о том подумал, – сказал Ордош. – В плане технического оснащения этот мир похож на тот, в котором ты родился. С одним исключением: магия здесь заменяет электричество; и не только его. Я изучил все то, что ты помнишь о своем первом мире. Мне, привыкшему к магии, он кажется… удивительным и неправильным. Твои предки там, не имея возможности обеспечить себе комфортное существование при помощи магии, пошли по пути технического прогресса. И здесь произошло примерно то же самое. Люди этого мира, владея магической энергией, пошли вашим путем. Магии, как таковой, для них не существует. Совсем. Местные используют ее в сыром, первозданном виде: как источник энергии для своих механизмов».