Кто бы знал? Под личиной Артура Кемминга, джентельмена из Лондона, скрывается тот ещё необузданный неандерталец, в тисках сжимающий края моей пижамы.

— Артур, — почти проплакала я.

Меня всю выворачивало наизнанку, рвало на куски. Мне словно всего было недостаточно. Я хотела еще больше. Больше Артура.

— Боже, Тэдди, — прошептал он. — Боже.

Его лицо уткнулось мне в плечо. Я так часто дышала, что легкие горели, покрываясь угольной корочкой.

Нам понадобилось пять минут тайм-аута, чтобы успокоиться. Снова нависнув надо мной, Артур посмотрел чуть ниже и, обнаружив мои голые ноги, усмехнулся.

У его лба болталась закрученная прядь волос. Самый настоящий идеальный суперменский локон. Поверить не могу, что он торчит у него просто так — без тонны геля для волос и трех часов перед зеркалом.

Я поймала висящую прядь и намотала себе на указательный палец.

Артур снова улыбнулся.

— У меня через неделю школьный бал. Я бы очень хотел, чтобы ты пришла, Тэдди.

— Почему?

— Потому что ты дорога мне. И я хочу разделить как можно больше важных моментов в моей жизни именно с тобой.

Я смотрела Артуру в глаза и вспоминала те тысячи, миллионы советов, которые получала изо дня в день.

Не ведись, Тэдди, не смей. Не верь никому. Все они получают, что хотят, а потом уходят.

Все всегда уходят. Остаёшься только ты со своими разбитыми надеждами.

Но я словно любитель понаступать на одни и те же грабли, впечатываться в те же косяки, набивать себе там шишки и синяки. Я, должно быть, жду, когда на мне больше не останется живого места, чтобы уже никогда в жизни не согласиться ни на одну авантюру, в которую можно было бы вляпнуть из-за своего дурацкого сердца.

— Да, — выдохнула я, едва соображая, что вообще говорю.

И прежде, чем я осознала случившееся, дверь в мою комнату неожиданно распахнулась.

— Тэдди, вставай немедленно! Там…Ой!

В разъедающем роговицу пятне света стояла до боли знакомая худая фигура.

— Хайд?! — встрепенулась я. — Какого черта ты тут делаешь?!

— Извините, я же не знал, что у вас тут контент для взрослых! Мне позвонила Мэгги.

— Зачем?

— Да тут уже весь дом на ушах, между прочим! Ты что, не слышала? Тони рожает!

— Что?! — на этот раз была очередь Артура удивляться.

Тони не может рожать. Тони был котом, его потолок — выплюнуть огромный комок шерсти.

Но так как все действительно уже проснулись, нам с Артуром оставалось только одно — нырнуть в происходящее безумие с головой.

— Гладкий корсет с полукруглой проймой и прозрачной вставкой с бисером. Прямая шелковая юбка в завышенной талией и разрезом от бедра. — сказала Кара.

— Фу, нет. — Хайд скривился. — Это будет изысканное платье из атласа цвета слоновой кости. Гипюровый лиф с декольте и ажурными узорами. Юбка будет пышной, со шлейфом из нескольких слоёв прозрачного шифона и блестящим напылением. — друг так замечтался, что зрачки у него расширились раза в два. — Ее под хупу поведут двое отцов, она обойдёт вокруг жениха три раза и…

— Она же не еврейка, дубина.

— Ну и что теперь? Никому теперь нельзя наступить на чертов стакан и закричать «Мазаль Тов»?!

Эти двое планировали мою свадьбу. Точнее нашу с Артуром свадьбу, и получалось у них так ладно и складно, что даже пугало.

— Не хочу прикрывать ваш клуб мечтателей-фантастов, но я всего лишь иду на его выпускной бал. Не выхожу замуж. Не рожаю ему детишек. Comprendre? (*)

— Ты ничего не понимаешь, Тэдди. Он же из Европы. Там приглашение на выпускной бал — все равно, что чек на миллион долларов. Пропуск в богатую, красивую жизнь с хрустальной посудой и оттопыренными при чаепитии мизинчиками.

— Я запрещаю тебе смотреть «Корону»(*), Хайд.

— Тогда предложи мне занятие поинтереснее. — парировал он. — Например расскажи, как весело вы с Даунтауном провели время под покровом ночи?

— Никак. Мы просто… Никак. — снова повторила я.

— Вы целовались!

— Нет!

— Да я же поймал вас с поличным, балбеска!

— Поцелуи на ночь, между прочим, влекут за собой последствия, — подмигнула Кара. — Бегающие такие последствия, которым вечно нужно менять памперсы.

Я закатила глаза.