– Носилки возьмите, он без сознания.

Парень кивнул, открыл двери и вытащил две металлические жерди, скрученные куском брезента.

– Придется помочь, я один санитар в экипаже.

– Без вопросов, давайте быстрее.

Подъехала еще одна машина, из которой выскочили два вооруженных человека в масках и камуфляже, они проскочили передо мной и умчались наверх.

Мы поднялись на лифте, погрузили Славу и спустились обратно вниз по лестнице. Доктор уехала на лифте, а Иринка, не произнося ни слова, шла со мной рядом. Добрались до машины и положили Славку внутрь. Ира залезла следом за ним. Я попытался последовать за ней, но мне на плечо опустилась рука. Я обернулся – тот самый незнакомец.

– Андрей, тебе придется поехать со мной. Кстати, меня зовут Женя, ты наверное понял уже, что за службу я представляю, – он протянул мне ладонь.

– Андрей, хотя вы и так все обо мне знаете, – я задумался, но все таки протянул руку для ответного рукопожатия. Мне он показался хорошим человеком.

Во двор подъехала еще одна машина с гражданскими номерами. Из нее вышли двое в штатском, поздоровались с Евгением и поднялись наверх.

– За квартиру не бойся, ничего не пропадет. Поехали. – Женя развернулся и пошел в сторону, стоявшего неподалеку, автомобиля. Я оценил ситуацию, вздохнул и двинул вслед за ним.

Интерлюдия X

Центр Москвы. Вип-зала фешенебельного ресторана.

Сергей Борисов наблюдал, как Юрий Чернецов нервно поглощает еду.

– Юра, успокойся и расслабься. Да, он нас поимел, но ты вдумайся, что мы можем получить взамен! Вечная жизнь!

– Сергей, мне до нее еще дожить надо, до этой вечной жизни, – Чернецов отложил вилку, – Ты понимаешь, что эта сучка и ее отец живы? Да хрен с ним, с отцом, кусок цифрового кода. Он даже свидетелем по закону пойти не сможет, его просто физически нет. Это даже не субъект правового поля. Но вот девка слишком много знает, а самое дерьмовое во всей этой истории то, что я не знаю где ее искать.

– Я тебя не узнаю, Юра. Всегда такой рассудительный и хладнокровный, а сейчас переживаешь, как невеста перед свадьбой. Кто она, и что она может? Судя по твоему рассказу, она находится на другой половине земного шара. Значок региона невозможно подделать. Я бы больше волновался за шестерку твоего сына, который сейчас сидит у тебя в подвале.

– По поводу него... – речь главы "Кибертека" перебил входящий звонок мобильного.

– Я заня... Что-о? – Глаза Чернецова округлились, левое веко тихонько задергалось, а он бессильно откинулся на спинку дивана. Выслушав говорящего, он отбил звонок и трубка сама собой выскользнула из руки.

Борисов открыв рот смотрел на своего коллегу. За все годы знакомства он ни разу не видел его в таком состоянии.

– Юра, что произошло?

Чернецов открыл глаза, и не шевеля зрачками смотрел в одну точку. Просидев так с полминуты, он собрался, перевел взгляд на Борисова и тихо произнес:

– Сергей сбежал из больницы...

Борисов собрался было открыть рот и ободрить друга, как тот продолжил:

– Он поехал к Коротких и разнес бейсбольной битой голову его другу. Сейчас он у ГБшников, а парень пока не пришел в себя. Состояние критическое. Ты понимаешь, что это значит?

Академик сидел как рыба с открытым ртом, нижняя губа нервно подрагивала.

Чернецов выпрямился:

– Думай, Сережа, думай. Если меня прижмут, мало не покажется нам обоим.

Борисов взвизгнул:

– Я тут не причем. Я тебе говорил, что твой сын нам испортит все.

– Не причем? Ты уверен? – Он начал сверлить своими стальными глазами сидящего перед собой труса, отчего тот весь сжался в комок, – Сережа, друг мой, проснись и давай-ка вместе искать выход.

Борисов зашевелил губами, взял сигарету и дрожащими руками прикурил. Сделав глубокую затяжку, он почувствовал себя много лучше, а главное – мозг стал более ясным. Пару минут он напряженно думал, выпуская клубы дыма, а затем начал:

– Вот что я скажу, Юра. С должности тебя скорее всего временно отстранят из-за скандала, а он будет я уверен. К тебе у них никаких претензий пока нет. Сын лечится в психиатрической клинике, а значит мы легко можем добиться признания его невменяемым. А больше свидетелей-то по сути и нет. С этим пацаном в подвале тебе придется решить самому.

– Ты забыл кое-что.

– И что же? – Борисов в ожидании уставился на Юрия.