— Меня не привлекает Скорбь и усиление подобным образом. Будет лучше, если о ней вообще никто не узнает, — мои слова помогли Шаризаре вновь расслабиться.

В целом я остался доволен увиденными Дарами. Несмотря на несколько специфичную природу, они неплохо дополняли благословения Единого, открывая будущей пастве куда больше возможностей, при этом без внутренней конкуренции среди богов.

— У меня остался всего один вопрос: почему Аркаим? Ты ведь не её жрица, а этот храм до сих пор готов принять любого бога любви.

— Это действительно настолько важно?

— Решение уже принято — я поддержу Аркаим. Мой вопрос — банальное любопытство.

— Лабиринт, по которому должен пройти каждый гость храма — одно из главных наших сокровищ. Изначально он помогал каждому гостю заглянуть в собственное сердце и найти в нём тот самый сокровенный образ, что способен зародить любовь — идеальную пару. Вот только с приходом Вечных это место сильно изменилось… и не в лучшую сторону.

Шаризара старалась говорить спокойно, но самообладания Местной оказалось недостаточно, чтобы скрыть отвращение и… страх.

— Поначалу многими руководила лишь страсть, со временем ей на замену быстро пришла похоть, но и это было лишь началом. Пусть далеко не все, но многие предпочли чистой любви совершенно иное. Вместо того чтобы открыть душу, они обнажили собственные пороки и возвели их в абсолют. То, что происходило в этих стенах, по достоинству оценит даже Лилит — королева суккубов и мать страданий.

В истории Шаризары не было ничего удивительного. Вседозволенность — мать многих пороков.

— До сих пор мне с сёстрами удавалось утолять эту жажду разврата, используя Священный Туман, — взмахнув рукой, жрица обратила седые клубы дыма в образ привлекательной девушки. — Вот только день ото дня стены храма пронизывает лишь похоть, это подобно зову для высших сил. Среди спящих хватает богов, что с радостью обратят храм любви в обитель разврата в обмен на подношения и веру. Подобная участь — хуже смерти.

Мотивы жрицы оказались полностью прозрачны — она боялась стать куклой, игрушкой в руках бесконечного потока Вечных, если покровительство над храмом возьмёт божество со специфическими пристрастиями.

— Аркаим была той, кто откликнулся на наши молитвы, а её заветы оказались близки нам по духу, — выговорившись, Шаризара продолжила куда спокойней. — Ты получил ответы на все свои вопросы. Пойдём, я провожу тебя, — не дожидаясь моего ответа, жрица направилась к выходу.

Пока мы шли, в голову лезли разные мысли. Начиная от попытки просчитать влияние культа Аркаим на Местных, до возраста Шаризары.

— Пусть Аркаим и проповедует Верность, Богиня готова сделать для тебя исключение и не отзовёт дар… чтобы ты не сделал, — уже у самых ворот, притворно безразличным голосом заговорила Шаризара.

Повисла неловкая пауза. Мне понравилось быть с ней. Местная одновременно могла быть как страстной, так и покорной, что разжигало внутри желание. А учитывая особенности её расы, она могла предложить многое… очень многое. Вот только здесь не шло речи о любви, в моих глазах она не была той самой — единственной. Мы оба прекрасно это понимали, так что не было нужды в пустых словах.

Моё молчание не удивило девушку, но отозвалось грустью в её глазах. Видимо, идеалы Аркаим действительно были близки Шаризаре и она ждала куда большего от того, кто у неё был первым и… единственным.

Покинув храм, попытался надеть кольцо-реликвию. После небольшой задержки, артефакт скользнул на палец, буквально развеяв одно из колец Принятия (4). К сожалению, эффект от последнего, снижавший показатель Воли, никуда не делся. А свойства Крыльев Верности оказались временно заблокированы.

Нужно как можно скорее разобраться с Кошмарами девчат…

Попытка прислушаться к артефакту дала неожиданный результат. Металл оказался на удивление теплым и казался мягким на ощупь, но что куда интересней, я почувствовал едва уловимую пульсацию внутри него. Закрыв глаза и прислушавшись к своим ощущениям, мне показалось, что я чувствую присутствие Шаризары.

Обернувшись, я не увидел жрицу, но при этом мог с уверенностью сказать, что та так же смотрит с грустью в мою сторону. Далеко не все силы реликвии оказались прописаны в системке.

Взяв под контроль собственные, а возможно и чужие эмоции, решил более детально изучить кольцо. Белый металл бросался в глаза на фоне ржавых колец Проклятой серии, но внешний вид меня не особо волновал.

Действительно важным недостатком являлся его статус Вотива, означавший, что реликвии, для пробуждения Аркаим, суждено исчезнуть в пламене жертвенного огня Храмового Города. Впрочем, несмотря на заманчивый эффект, рано или поздно мне бы пришлось избавиться от артефакта для сбора сета «Мёртвое Золото», состоявшее из восьми Проклятых Колец.