— Ой, точно, — киваю, прячу охватившую меня злость за смехом. — Спасибо тебе, милая, земной тебе поклон, танец тебе вприсядку, биение челом об пол, молитвы разнообразной красоты и тонкословия! Все для тебя, — сделав поклон, выпрямляюсь. Зашипев, будто разъяренная кошка, Лена швыряет в меня связкой ключей. Только успеваю увернуться, и они пролетают в нескольких сантиметрах от лица.

— Пошел ты, козел! Знать тебя не хочу! — вереща, будто сирена, сбегает вниз по ступенькам, исчезая в салоне своего авто.

— Идиот ты, Воронцов, — протягивает шепотом Былинин. — Понимаешь, что ты творишь? Ставишь под вопрос контракт с Голливудом! Просочись информация об этом инциденте в прессу, у нас будут проблемы! Сможешь тогда попрощаться со своей карьерой! Ты нос сломал парню! Понимаешь, чем это пахнет?!

— Понимаю, — кивнув, подбираю с асфальта ключи. — Гормональным сбоем пахнет, — бросаю через плечо. — Едем, Сергей Олегович. Буду свою роль учить.

Былинин выходит вперед, направляясь к машине, а я швыряю ключи в сторону парка. Нахрен этот дом. И все, что было с ней связано. Спустить все в толчок, как это сделала она.

— Елисей, надеюсь, ты понял, насколько важен сегодняшний эфир? — уже в сотый раз он произносит эту фразу. Ей богу, эта поездка никогда не закончится. Былинин сегодня не в духе. Клянусь, в моем мозгу уже несколько дыр. Надоедливый агент — словно дятел на дереве.

— Я не пойму, почему нельзя было отказаться от этой мути? — возмущаюсь, когда мы выходим из машины. Пробиваемся сквозь толпу фанатов, дежурящих у входа в Останкино. — Ты знаешь, какие у меня отношения с Красильниковым? Этот черт давно напрашивается на пару затрещин.

Пробежав по «коридору», организованному многочисленными секьюрити, заходим в коридор помещения. Тишина бьет обухом по голове. После шумной улице тут — будто в морге.

Былинин, не сбавляя хода, направляется к лифту. До эфира всего несколько десятков минут. Мой агент жуть как не любит опаздывать. А вот я с радостью бы проигнорировал сие мероприятие.

— Елисей, Красильников — успешный ведущий на федеральном канале. Участие в его шоу повысит наши рейтинги, в том числе и нового сериала с твоим участием, — снова заводит шарманку. А мне кажется, что долбанная кабинка лифта дико тесная и плетется, будто черепаха. Стоит створкам открыться, вылетаю наружу.

— Воронцов! — окликает Былинин у дверей гримерки. — Слышишь, я сейчас серьезно, об одном прошу. Не подведи. Просто побудь культурным, сдержанным человеком хотя бы час.

— Ладно, буду я тебе культурным человеком. Но если он затронет тему с Ленкой…

— Не затронет. Я запретил. Он не пойдет против тебя.

Спустя пятнадцать минут я — в студии. Десяток камер, направленных на меня. По правую сторону — зрители, по левую — ведущий. У нас давняя неприязнь с Артуром. Все еще началось со старших курсов Гнесинки. Когда он не прошел кастинг на главную роль Ваньки Петренко. А вот мне этот фильм принес колоссальный успех. Ванька получился — что надо. В общем, так и не пошла карьера артиста у Артура, вот он и подался в ведущие.

Режиссер ведет обратный отсчет. Прожекторы загораются, освещая студию так, что глаза слепит. И спустя пару минут на лице Артура расплывается натянутая улыбка.

— Здравствуй, Елисей, — обращается Красильников ко мне после приветствия зала и представления сегодняшней темы эфира.

— Добрый день.

— Что-то выглядишь усталым, — ироничная улыбка трогает его губы. Слишком фривольное начало его общения со мной заставляет напрячься. Этот придурок не побрезгует ничем, желая закопать меня. И сдается, неспроста он сейчас такой довольный.

– Съёмки нового сериала так утомили тебя, или есть какие-то другие причины?

— Съемки были плотными, — киваю, пытаясь сохранить спокойствие. — Поэтому немного устал. Но всего пару дней, и я буду в строю.

Артур молчит, давая возможность перевести тему в другое русло. Рассказываю вкратце о новом сериале, о своем герое — молодом, подающем надежде хирурге, вынужденном пожертвовать своей карьерой ради любви.

— Это замечательно, Елисей, — ухмыляется, смотря в упор. — Тебе всегда достаются роли героев. Благородных рыцарей, спасающих несчастных героинь. А какой ты в жизни?

— Я обычный парень, ничем не выделяющийся из своего окружения. Со своими недостатками и тараканами в голове, — пытаюсь перевести на шутку, но он не дает свернуть.

— О тебе ходит много слухов. Кто-то говорит, что ты меняешь девушек так же часто, как и свои носки. После съемок в «Границе» поговаривают, что у тебя был роман с твоим напарником, Кириллом Ларионовым.

Меня трясет. Сука, замочу этого урода. Он выводит меня, забрасывая грязью. Блефует. Падла, знает мой характер. Но Артур не в курсе, что сейчас мне настолько плевать на все… Сам ко дну пойду, и его потяну.