Пожав плечами, Алиция подумала о том, что Уэллс в полном отчаянии, раз готов довериться молодой женщине, даже не зная, что та обладает сверх силами. Хотя через пару минут ей пришло в голову, что он предлагает эту работу всем, лишь бы получить хоть какой-то результат. И явно считает, что слежка или даже проникновение в ту квартиру ничего не даст. Или шансы узнать что-то полезное равны одному проценту. Иначе бы, как посчитала она, Уэллс использовал кого-то из своих ребят.

"Но им бы пришлось платить за каждый день работы, а таким любителям, как я, пришлось бы заплатить лишь за положительный результат", – подумалось ей.

"В любом случае, если все подряд пытаются втравить меня во что-то, то почему бы и мне не придумать для себя опасное занятие?"

Девушка достала связку отмычек из рюкзака и решила начать прямо сейчас, посчитав, что денег мало не бывает. Как и приключений. Как говорится, если помирать, так с музыкой.

Также она решила для начала отыскать дом на карте через Интернет, позвонить в дверь, чтобы убедиться, что дома никого нет. Или, в крайнем случае, придумать какой-нибудь дурацкий повод, например, сказать, что ей очень хочется познакомиться с соседями, так как она тут новенькая. Изобразить сектантку – эти лезли во все щели без мыла, и никто не удивлялся их бесцеремонности.

Конечно, Алиция предполагала, что в подобных кварталах жители стремятся держаться друг от друга подальше, но решила, если что, разыграть дурочку.

Алиция снова бросила взгляд на дрыхнувшую без задних ног Алекс, прошлась по коридору, но ничьих шагов не услышала, только из двух дверей доносились какие-то звуки: в одной квартире самозабвенно ссорилась парочка, в другой кто-то врубил рок на полную громкость.

Она вышла на улицу и шумно вдохнула океанский бриз, полюбовалась на пальмы, вздымающиеся в небеса. И подумала о том, что больше никогда не увидит небо голубым или серым. Только светло или тёмно-синим. Это была невосполнимая потеря.

Вздохнув, она сориентировалась на улице по номерам домов и нашла нужный. Девушка отметила, что многое в Санта-Монике выглядит заброшенным. И задумалась о том, виноваты ли вампиры в запустении этого ранее столь популярного курорта.

В доме был кодовой замок, но он оказался раздолбан. Алиция вошла без труда, оценивая взглядом грязь в углах, стойкий запах мочи, рекламные листовки и газеты, торчащие из некоторых ящиков, которые явно никто уже давно не открывал.

Лифт не работал. Косо висевшая табличка с предупреждающей надписью была покрыта пылью.

На третьем этаже было тихо и пустынно. Высокие окна были грязными. Неожиданно её взгляд зацепился за блестящий предмет за огромной кадкой с пыльной пальмой, стоявшей возле квартиры, которая и была ей нужна, судя по номеру. Заглянув туда, она обнаружила ключ с биркой. И этот ключ идеально подходил к нужной ей двери!

С одной стороны она обрадовалась такому знаку судьбы, а с другой – сразу поняла, что в квартире преступника явно не имелось.

Решив, что это знак иной судьбы, то есть, что ей суждено обчистить эту комнату, если и не поймать Дэвида Кларка, она со спокойным видом подошла к двери и открыла её, решив сделать вид, что так и надо. Тем более, что никаких звуков за дверью она не слышала. А вампирский слух её не должен был подвести.

Закрыв за собой дверь, она осмотрелась. К сожалению, грабить было нечего, и было видно, что в квартире уже некоторое время никто не живёт.

Не было ни занавесок, ни ковров, ни постельного белья. На всякий случай осмотрев шкафы, она обнаружила дешёвенькое даже на вид серебряное кольцо, которое машинально сунула себе в карман.

Обнаружив старенький стационарный телефон, на который даже рука не поднималась, чтобы его украсть, она нажала на кнопку автоответчика. Почти машинально. Но раздавшийся мужской голос заставил её насторожиться. Прослушав сообщение, она кинулась обратно в свою квартиру, стараясь не обращать внимание на начавшийся дождь.

В квартире она увидела Алекс.

– Привет, а я уже тебя жду. Ты дверь за собой не закрыла, кстати, – заметила она. Алиция обратила внимание на её одежду: та была почти полностью в чёрном, что придавало ей готический вид. Тёмный кожаный плащ тускло поблескивал от влаги.

– Я переоделась, – пояснила она, кивнув на сумку. – А также выходила купить выпить. В смысле, минеральную воду, – пояснила она в ответ на удивлённый взгляд. – На улице дождь, – добавила Алекс, взъерошивая чуть влажные волосы. – Но нам надо идти. Дел невпроворот, – девушка скривилась. – Ты даже не представляешь, какой этот Арес дурак! – взорвалась она. – Кстати, он уже пришёл в себя после операции, – уже более спокойно добавила она. – Но ты представь, я дала ему задание узнать больше о Дерзких в Санта-Монике! У него же полным-полно связей, он последние лет двадцать только этим и занимался, что их налаживал, – она развела руками, распахнув глаза. – Так вот, ты представляешь, он даже не знает, где находится их логово! Хотя бы одно из них. Я что, прошу так много?! За что ему вообще вампирскую кровь дают? За то, чтобы валялся на диване, а вечерами шастал по барам и цеплял дешёвых шлюх? Я не говорю, что против того, чтобы повысить ценность своей тушки в глазах новой Семьи, но это была его работа, а не наша. Он даже не смог мне внятно объяснить, как собирался узнавать месторасположение их укрытия. Хотя у меня есть и другое предположение – Арес струхнул. О том, насколько опасными бывают Дерзкие, знают не только вампиры, но и упыри. Огромный наплыв эмигрантов и так уже поставил всю Европу и США на уши, а представь, что большая часть этого кодла вампиры? Тут волосы даже на лобке зашевелятся, если только ты их не бреешь, конечно.

Девушка расхаживала по комнатушке, размахивая руками. Алиция закрыла дверь и прислонилась к ней.

– Конечно, Арес вряд ли пьёт чай в компании нашего Короля, – она рассмеялась. – Но с вампирами регулярно контактирует. И не только со мной. И помню, как-то этот страшный мужик пытался меня склеить, – насмешливо глянув на неё, призналась Алекс. – Начал что-то говорить о том, что, мол, регулярно общается с Эшли, чуть ли не водку вместе с ним пьёт, что тот его ценит и, мол, даже признался – ему лично – что вампиры сексом не интересуются. И тут же начал спрашивать меня, правда ли это, а если правда, не сделаю ли я ради него исключение. Я наслала на него истерический смех, так он потом ещё и обижался на меня. Пусть радуется, что я быстро убрала своё воздействие.