Я даже запыхаться успел от столь эмоциональной речи. Но зато высказал этим ребятам то, что должен был сказать с самого начала. Сейчас и посмотрим, из какого они теста. Если потребуют высадить их на берег, где они пойдут искать более умелого наставника, то и скатертью дорожка. А если останутся, то может действительно наш совместный путь приведет их к пониманию магии. А нет… Ну значит нет.

– Это все понятно, – к моему удивлению, говорившим оказался Светоч. – Но как практиковаться в ратном деле или, например, гончарном, мы представляем, а вот то, что касается магии, – и с улыбкой он развел руками, – как-то не очень. Может, подскажете? Как у вас проснулась магия?

– Я думал о ней, – с улыбкой глянул я на парня. А он непрост, все-таки не ошибся в нем. – Волшебство – это изменение мира. Встает солнце – произошло маленькое чудо, мир изменился. Родился ребенок – чудо большое, и мир изменился еще больше. А теперь представьте, что мир можете изменять вы сами. Представьте и поверьте в это. И тогда, возможно, вы научитесь колдовать так, как вы сами это понимаете. Или хотя бы делать вот так…

Повинуясь моему жесту, из реки выскочила струйка воды и влетела в открытый рот Матвея. Не знаю, в какой именно момент моего монолога у него отвисла челюсть, но закрываться до моего холодного душа она явно не собиралась.

– Так просто!!! – услышал я знакомое кваканье и немедленно попытался притвориться большой кувшинкой, случайно проплывавшей мимо плота по течению, причем исключительно в противоположную сторону. – То есть я тоже могу совершить что-нибудь волшебное?

– Утопиться, – раздалось за ее спиной ворчание Куки. – Или устроить ритуальное самосожжение у нас на глазах. Вот это точно будет чудо чудное и диво дивное.

Но Василиса не обращала на бухтение Куки никакого внимания.

– Эридан, – требовательно позвала она меня. – Ответь немедленно! Я тоже могу научиться колдовать? Только ответь без шуток, иначе я на тебя на всю жизнь обижусь.

Она смотрела с максимально серьезным выражением физиономии, ну насколько это может быть уместно в отношении компьютерного персонажа. Хотя я уже признавался сам себе, что грань между реальностью и виртуальностью лично для меня становится все меньше и меньше, и Василиса, Кука, Чуй кажутся мне совсем живыми. Да и ведут они себя соответственно. Я не знаю, как это сделано, я гуманитарий и не стыжусь этого, но поведение моих новых друзей совсем не отличается от поступков настоящих людей.

– Я не знаю, – покачал я головой. – В теории для этого никаких препятствий, но реализуется ли это на практике… Я правда не знаю. Мне было очень больно в тот момент, когда у меня получилось. Ощущение острого железа, которое вот-вот начнет медленно разрезать твою плоть вселяло такое ощущение ужаса, что я был готов взорваться на месте лишь бы такого не произошло. И я очень хотел этого не допустить. Вот так и появилась первая ладошка, сотканная из воды.

– То есть нам тоже, чтобы научиться магичить, надо попасть в ситуацию, когда нам будут вскрывать брюхо? – скептически спросил Божич. – Неприятная перспектива. А по-другому никак?

– Может и можно, – изобразил я движение плечами, в воде делать подобное было не очень удобно. – Дорогу осилит идущий.

– Дела, – задумчиво покачал головой Матвей. – Как же все сложно в этой игре, не так, как в старых ролёвках. Там все проще было. Выбрал класс мага, качаешься, получаешь уровни, становишься сильнее. А здесь? Пойди туда, не знаю куда, сделай что-то и может быть получится.

– Я, кстати, с утра читал, что после обновления в «Берлоге» тоже появились уровни, – опять неожиданно вступил в беседу Светоч, кидая на меня взгляд и надеясь, что я не слышу. – Правда, называют их по-другому, ранги. Но деления по классам по-прежнему никакого нет, да и с рангами этими ничего непонятно, ни что за них дают, ни какие характеристики они повышают.

– Полная аутентичность, – сплюнул в воду Матвей. – Политика компании заключается в том, чтобы все в игре было, как в жизни. Точно также ничего непонятно.

– Еще раз плюнешь в воду – утоплю! – с серьезным выражением лица сказал я Матвею и двумя мощными гребками хвоста отплыл от плота.

– Эй, любимый! – раздался мне вслед возмущенный голос Василисы. – Мы еще не закончили наш разговор.

Но я ее уже не слушал. Мне самому надо было подумать, потому что поднятая тема была действительно интересна. Хорошо, я научился подчинять своей воле воду, но это всё? Или есть еще какие-то пути развития? В конце концов, в прочитанных мною когда-то книгах существовали маги воздуха, земли. Кто-то вообще огнем кидаться умел. Водяные ладошки и плети, конечно, хорошо, но разнообразие это всегда гораздо лучше.

Между тем, окружающая местность потихонечку начала менять свои очертания. Водная дорога в этом месте делала плавный поворот в одну сторону, а затем почти сразу же в другую. Своеобразный изгиб выступил некоей границей, после которой мы оказались как будто бы в другой природной зоне. Русло реки сужалось и постепенно становилось уже не таким широким, как в начале нашего пути. Лес подступал к самому берегу, я легко мог разглядеть оголившиеся корни сосен, возвышавшихся на тридцать сорок метров. Деревья стояли настолько плотно друг другу, что лес буквально в двадцати метрах от воды казался сплошной черной стеной без единого просвета.