– Не совсем.

Марианна обернулась к остальным, и я впервые мог наблюдать, как собственное лицо превратилось в открытую книгу – на нем были и досада, и гнев, и смущение одновременно. Девушка явно вообще не понимала значения выражений «держать интригу» и «скрывать чувства». Будучи в моем теле, она заламывала руки, кусала губы, громко дышала и краснела.

Видел бы это отец – сразу послал бы всех невест по домам. Такому принцу женщина рядом точно не нужна… Хм, а может, это мой шанс?

– Мы ждем! – напомнил Геррард с нажимом.

– Не давите на нее! – Мэделин Айгари выступила вперед и яростно сверкнула глазами. – Мы с сестрой – благовоспитанные эры, не способные легко относиться к грубости окружающих! Так вы сделаете только хуже!

Мне показалось, еще чуть-чуть – и она зарычит, а после и вовсе оскалится и набросится на советника. Да, у так называемой «благовоспитанности» явно были свои побочные эффекты…

– Мари, не бойся их, – вмешалась и гувернантка, наконец оставляя меня в покое, – мы на твоей стороне, дитя, и точно знаем: ты не могла совершить ничего предосудительного.

Я усмехнулся, вспоминая, как очнулся на каменном полу в окружении живого пламени, а это «дитя» лежало сверху, обдумывая, чем заняться дальше.

– Понимаете, я получила послание от эра Корста, – воодушевленная женской солидарностью, Марианна снова заговорила.

Мне пришлось сильно напрячь слух, чтобы услышать ее виноватое блеяние.

– Он прокрался под наши окна ночью и магией прислал мне письмо.

– Корст? Прокрался под окна? – не поверила Мэделин. – Да он бы не посмел.

– Что?! – Их гувернантка так вытаращила глаза, что казалось, еще немного – и они просто выпадут. – Мари! Ты ведь прогнала его прочь?!

– Конечно! – уверенно заявила она. Потом снова прикусила мою губу, пожевала ее слегка и добавила тихо: – Конечно, я бы его прогнала, съерра О’Нил, но не успела: стража появилась раньше, и мне пришлось спрятаться за гардинами.

Она с мольбой в глазах посмотрела на гувернантку, та просто пылала от негодования.

– Дальше! – поторопил я, едва сдерживая желание снова распустить чертов корсет. Он давил на ребра так, что хотелось рвать и метать. – Вы, конечно, пошли к нему на встречу. Где он ее назначил?

– Вы в своем уме? – поразилась гувернантка, глядя на меня как на исчадие ада. – Слышите, что говорите?! Никуда она не пошла, Мари не стала бы…

– В мансарде, – перебила ее девушка, опуская взгляд. – Но там не было лестницы, а значит, он сам не пришел. Или… или он и был злоумышленником и специально меня заманил к той злополучной комнате.

Снова повисло тяжелое молчание.

Мы с Андрисом переглянулись понимающими взглядами. Мы уже знали эту историю – ему еще ночью доложили о нарушителе, а советник рано утром сообщил подробности дела мне.

– Но зачем ты пошла, Мари? – нарушила тишину Мэделин. – Отец расторг помолвку! Между вами все кончено.

– Все будет кончено, когда я так решу! – неожиданно упрямым и уверенным тоном заявила девушка, и я увидел в глазах отголоски пламени. – Нам необходимо было поговорить! Объясниться. Только он не пришел.

– Не пришел, – подтвердил Андрис, – потому что его задержали ночью под вашими окнами. Чуть позже эра Корста допросили под моим руководством и отправили в тюрьму. Он пробудет там несколько суток до выяснения всех обстоятельств. Собственно, поэтому я и искал вас после завтрака – поговорить о расторгнутой помолвке и ночных приключениях.

– Как?! Он в тюрьме? – Марианна пошатнулась.

Потом мое тело схватилось за стул, притянуло его к себе и грузно село. Спортом, что ли, заняться? Мне казалось, я лучше выгляжу.

– Значит, он и правда хотел поговорить, и все произошедшее дальше – дурное стечение обстоятельств… – задумчиво пролепетала Марианна и сразу снова уставилась на советника с хищным выражением. – Но эр Корст все равно лгал мне! Он говорил о том, что собирается стать вашей правой рукой!

– Кем? – Лицо Андриса вытянулось. – У меня хватает рук.

– Помощником, – поморщилась девушка, меняя формулировку. – Самым главным.

– Секретарем, – наконец понял ее Андрис. – Я ищу человека на должность личного секретаря.

– Правая рука, надо же… – Не до конца сложив в кулак пальцы, я поводил рукой вверх-вниз и гнусно заржал, комментируя: – То-то у тебя ни одной любовницы в последнее время, Андрис! Руку свободную ищешь!

Я шлепнул ладонями по коленям и согнулся от смеха пополам, тут же охая от боли – долбаный корсет чуть не выбил из меня весь дух. Пришлось разогнуться и… больше пошевелиться не вышло.