Я в досаде впечатал кулак в ладонь:

– Это же Корхан! В жизни не поверю, что он смирился с месяцем отсидки по 24 часа нон-стоп в режиме реального времени. Что-то опять мутит.

Лена вздохнула и неуверенно покачала головой:

– Ну да, возможно. Хотя как-то жаль его. Заходить в игру чтобы сидеть в камере — удовольствие ниже среднего. А эльфам поговаривают замкнутое пространство это вообще аллес. Макс все ж по-своему, но старался на благо всех. На этот раз…

– То-то и оно что на этот. Легостаев может вызывать самые разные эмоции, но только не жалость. Мне, если честно, как-то спокойнее, когда знаю, что он ни на что не может повлиять. Понимаю, что неправильно вроде бы, но что есть, то есть. У тебя сколько еще времени до встречи?

– Час примерно.

Я жестом опустил на экран черную заставку и махнул рукой:

– Пойдем, поговорим, пока он в конторе, а то так и не удалось за эти дни нормально пообщаться.

Дверь к «железячникам» распахнута и оттуда эхом прокатываясь по коридору чей-то возмущенный голос, поминающий Макса. Мы с Леной переглянулись и не сговариваясь ускорили шаг.

На столе менеджера-дроу устроился Вячеслав, жестикулируя правой рукой, а левой потирая шею. Я обвел офис взглядом и спросил:

– А, где князь то наш, Легостаев?

Инженер увидев новых слушателей всплеснул руками:

– Да Максик обнаглел вконец! Подошел ко мне только что, и потребовал магнитный ключ от каптерки. Я и слова сказать не успел мол «с какого это органа, так борзо то?», как тот хвать, да сорвал у меня его с шеи. А там цепочка вообще-то довольно крепкая… была. Хриплю, слов не нахожу от возмущения, а тот так еще назидательно: «Команды надо выполнять бегом!» Слыхали? Бегом!

Я покивал:

– Да, нехорошо. Нехорошо. А, что потом-то, не отобрал? Он ведь действительно не имеет никакого права требовать ключ от инженерской каптерки.

Слава смущенно потупился, сползая со стола, буркнул:

– Да ну его. Видно очень нужно стало, раз так вот…

Лена бесцеремонным жестом отогнула ему ворот свитера, присвистнула — шею нашего веселого бурята пересек красный рубец с капельками крови в содранной коже. Девушка тут же достала из шкафа аптечку, а инженера усадила на стул.

Я же сказал:

– Чего-то ты не договариваешь, Слав. Что-то было еще?

Тот зашипел, когда Лена прошлась по рубцу йодом и смущенно ответил:

– Да он вообще, как его в камеру посадили, стал странным. Четвертый день пошел, как «саламандры» сдались, сложили оружие и были отпущены восвояси. Ну, заложников из своих эрлов еще Тартариэл оставил, да договорился обменять на Арндских пленных и какую-то сумму золотом. Но вроде бы Сашка говорил, что о нашем князе в баронском договоре речь не идет. Вроде как сполна Максику в игре срок мотать…

Я сказал с нажимом:

– Мы в курсе, давай ближе к теме.

– Ну… вчера в курилку зашел. Смотрю сидит. Обернулся. Тут то я и обалдел, показалось что глаза у него сплошь черные! Я аж несколько междометий непечатных выдал. А он моргнул и все, радужки снова нормальные… И криво так усмехнулся. Не обращай, говорит, внимание, это штучки «темных эльфов». А потом… не поверите, один глаз полез в подлобье, а второй опустился вниз смотря на землю. А потом и вовсе один по часовой стрелке повернулся, а второй против. Выражение лица, наверное у меня было то еще, а он захохотал так жутко, что я чуть не обоср… Шарахнулся так, чуть через стенку беседки спиной не вышел!

В офисе все навострили уши, притихли. Даже Юля нажала кнопку сброс на телефоне и подошла ближе. Она брезгливо провела пальцем по столу Макса, сдвигая валом набросанные бумаги и произнесла:

– Да, что-то с ним происходит. На столе бардак навел. Документация, вперемешку с пакетиками из-под сухариков, изюм, пятна какие-то. Макс и чесночные сухарики? Это жесть, они же не совместимы в принципе с нашим темным эльфом, как и бардак. Никогда такого не было.

Юля машинально начала собирать бумаги и складывать в стопочку и случайно двинула мышь. Экран компьютера загорелся и на заставке рабочего стола появился красочный скриншот свирепого дроу перерезающего горло хоббиту.

Юля кивнула на заставку и как бы в шутку сказала:

— Совсем крышка у Максика поехала.

Девушка бросила взгляд в приоткрытый ящик стола и бесцеремонно там покопалась, вытащив баночку с какими-то таблетками. Лена вскинулась возмущенно, но «руководительница отдела сопровождения» погремела пузырьком и прочитала этикетку вслух:

— Сороконожки сушеные в капсулах. 200 миллиграммов. Что?

Она бросила банку обратно и тщательно начала вытирать руку о бедро. Но ящик выдвинула еще шире, всматриваясь в его недра.

Шутливая версия о поехавшей на почве заключения крыше менеджера как-то совсем перестала веселить. А тут Юля еще задумчиво вытащила ножны кинжала и взвесила их на ладони. Вычурные, перевитые сплетающимися насекомыми, сделанные совершенно в стиле дроу. Девушка постучала ими по столу, в наступившей тишине стук прозвучал громко, так же, как и ее мрачный вопрос: «А где сам кинжал?»

Я перевел взгляд на побледневшего Славу что-то там себе понявшего, бросил взгляд на перерезающего хоббиту горло дроу на заставке и спросил: