«Мне, конечно, нравится такой огненный наряд, но, Алексей, ты меня несколько пугаешь, — услышал я взволнованный голос Акадии. — Не будь столь настойчивым, я и так вся твоя».

«Сейчас не до разговоров», – странно, но даже в мыслях голос звучал очень жутко.

«Вот и поговорили», – явно надулась Акадия, но больше не лезла.

Она даже не говорила, что ей мерзко кромсать таких тварей, рассекая их направо и налево, попутно поглощая их энергию. А вот здесь ей своё отвращение скрыть не удавалось, и я слышал, как она то и дело отплевывается. Ну ничего потерпит немного.

Нерушимый кристалл пронзил голову четырехрогой твари, после чего я попросту использовал драконье пламя, обжигая ближайших монстров, схватил излишне резвого темного беса, решившего вцепиться в мою броню, и попросту разорвал его вызванными лианами.

Я начинал входить во вкус, сила постепенно возрастала, и я даже не думал, почему именно так происходит, принимая это как должное, как свою силу, которая возвращалась ко мне, как это случилось с Кхаасом при возвращении сердца.

Излишне большой демон прессовал отряды союзников и гарнизона, которые не могли противопоставить этой твари что-либо существенное, пока командиры были заняты своими врагами.

Я попросту открыл кротовую нору рядом с ним и прыгнул ему на спину, используя лианы. Не знаю почему, но мне попросту захотелось разорвать тварь на части. На шлеме появились небольшие, но острые колья, подобно зубам какого-нибудь чудовища и именно ими я вспорол шкуру пораженной тьмой твари и вырвал кусок мяса, после чего мощным ударом сделал рану куда более обширной, но это было ещё не всё. Умение Прорастить древо с максимальным количество корней моментально проросло в туше демона, заставив того верещать, а охваченная пламенем Акадия вошедшая в голову твари, прекратила её страдания.

Я перекинулся к следующему врагу воздушной тропой, снес ему голову и метнул колышек в другую тварь, сразу же оказавшись рядом с ней, используя тропу лешего. В таком положении было неудобно орудовать Акадией, поэтому я использовал удушение, затем замедление на ближайших тварей, веер яда и сохранарох, который вышел настолько мощным, что от страха побежали не только пораженные тьмой демоны, но и мои люди.

Что я делаю? Я уже пугаю своих. Но сейчас некогда было об этом думать, так как врагов оставалось ещё достаточно много. Тут, похоже, были почти все, кто пришел на помощь к архидемону и сражался с темными тварями. То есть этот Кеххен заставил своих подчиненных сражаться друг с другом, лишь бы побольнее ужалить Кхааса. Но больше всего меня разъярило то, что пытались убить моих самых близких. Таких тварей прощать нельзя.

Я попросту откусил голову демону и метнул ей в отряд демонов, нескольких сбив с ног. В другую сторону пришлось метнуть Акадию, чтобы остановить ещё одну тварь, подкрадывающуюся к Ранран и Линтирионель.

Я выхватил клинок и на демонах показал всё, чему меня научил Гровмальд, и что я сам запомнил, когда орудовал этим неопознанным артефактом. Лезвие рассекало тварей, даже не ощущая сопротивления, либо я попросту не чувствовал его в этом состоянии.

От древесной брони летели щепки, аура разрывалась от энергии тьмы, которой были окутаны твари, но мне не было до этого дела. Я помогал своим людям, изводя демонов. В какой-то момент руки вспыхнули пламенем, а может это просто загорелись доспехи или черная кровь тварей на них. Неприятная боль начала раздражать. И в какой-то момент дала о себе знать усталость.

Лапа одной из тварей сильно ударила по древесному шлему, заставив его треснуть. В следующий миг Совесть мощным ударом уцелевшей руки оторвала голову твари, а Логика прикрыла подругу, убив подскочивших к нам тварей. Дышать становилось тяжело.

Очередного демона сбила огненная стрела, затем вокруг меня возник мощный барьер и я почувствовал, как меня кто-то обнял, прикосновение теплой и такой прекрасной энергии нельзя было ни с чем спутать. Я уже очень хорошо различал своих целительниц.

Первая, яркая и искрящаяся белым светом энергия принадлежала Элси. Она была пропитана беспокойством, тревогой и страхом. Вторая же казалась нежной и мягкой, словно мягкое одеяло, приятной и убаюкивающей… Нари…

— Алексей! Алексей! — я слышал чей-то голос и понемногу стал приходить в себя. Серая дымка перед глазами стала рассеиваться, после чего усталость начала обнимать меня ещё сильнее. Так, это не усталость, а Элси, которая плакала. Что такого случилось?

Я хотел улыбнуться, глядя на эльфийку, но не получалось. Что это? Моё лицо и голова были соединены со шлемом какими-то образованиями, напоминающими тонкие шипы. Часть древесного шлема отсутствовала.

Все доспехи были покрыты глубокими шрамами, где-то древесину попросту оторвали, досталось даже сегментной броне, которую прогнули в районе сердца. Ясно, так вот почему тут так болело, да ещё эта зараза восстанавливалась, поглощая мои здоровье и энергию, обнимающих меня Нари и Элси. А ещё с меня уже немало черной крови стекло, среди которой ярко выделялась красная. М-да, всё же доспехи не до конца защитили.

На боку серьёзная рана от когтей, разорвавшая и броню. Шкаран всё же задел напоследок, а ведь я на это вообще не обратил внимания, только сейчас вспомнив об инциденте. Знатно меня демоны потрепали. Вот только где была эта сила, когда Совести отрубили руку? Да и что это вообще такое?