Сейчас у неё было меньше сил, чем у любой из нас, всё же она потратила большую её часть на атаку Кеххена. Возможно, это был неправильный шаг, но с другой стороны это явно помогло Алексею и остальным, так что я не могу сказать ничего против. Однако этой толики сил как раз хватило, чтобы переломить ход энергетического сражения.

С хрустальным звоном лопнул образовавшийся контур Мрака. Часть энергии моментально перетянула на себя Элси, и я сразу же отдала ей большую часть своей жизни, выжигая проклятую стихию. Мир в глазах пошатнулся от нехватки сил, но я удержала своё сознание, правда с помощью Сильви и Алёны.

Мрак расползался по телу Меллитидии, однако Элси собирала его энергией Смерти, заставив Алёну впасть в ступор от неожиданности. Она явно полагала, что управлять столь противоположными стихиями невозможно. Впрочем, Сильверия ткнула пальцем в рану королевы пчел, всё же у неё тоже имелась корона.

Золотистый свет прошёлся по сосудам, окончательно выбивая Мрак и исцеляя раны. Тело королевы засветилось изнутри, и тут руку приложила Элси. Её сила начала быстро восстанавливать повреждения, после чего её и Сильви резко отбросило в стороны. Алена отдала остатки сил, и потеряла сознание. Я же осталась одна.

Эта проклятая стихия даже после такого не желала покидать тело королевы, чья энергия была сладкой, словно мёд. Я выжигала Мрак, как могла, даже видя, что не справляюсь. Мне нужно было больше сил, и Бездна Жизни уже манила, так как сейчас только она могла помочь. И в какой-то момент раздался страшный грохот, а недалеко от нас кто-то упал.

Кхаас Кахалар

Изо всех сил я бил поганую тварь, которая всё это время была в моём замке. Кеххен верно служил мне, командовал войсками при встрече с другими владыками, прикрывал спину и даже его дочери я понравился. Я прекрасно знал натуру демонов и их желание стать сильнее, но как же тяжело было принять предательство верного сторонника… нет, я мог назвать его другом. Даже предательство Шкарана так не ударило по мне, как то, что сделал Кеххен. И я совсем не о предательстве.

Владения, Цитадель, войска… всё это можно собрать вновь, захватить, построить, но я не умел возвращать жизни. Кеххель, она была чем-то, что я просто не мог объяснить. Когда я её встретил, я ощутил то, чего не ощущал даже в самой грозной битве, когда пламя моей жизни почти погасло, а Смерть, весело смеясь, проводила рукой по броне. Это необъяснимое чувство пьянило и придавало невероятную силу. Никто не мог победить меня именно из-за неё.

А потом эта сила возросла ещё больше, когда я одолел Кхару. Но Кеххель попросила не убивать грозную воительницу, которая была очень опасной, и с которой было крайне тяжело справиться. В итоге, она стала частью моей семьи, также как и я, ощутив это чувство и познав всё его могущество. Кхара была в невероятном восторге и просто ликовала, а уж её легион стал ценным дополнением моей армии.

Спустя время я нашел Хонну. Стоя на краю разлома, рассекающего западную часть моих земель и отгораживая от владений учителя Сорроу. Я ощутил глубоко внизу чью-то искорку жизни, тлеющий огонёк, который жадно поглощала тьма. Мне попросту стало любопытно, что же может скрываться в глубокой пропасти, на деле оказавшейся не такой уж бездонной.

Я нашел истощенное дитя, брошенное кем-то на дно Разлома. Такой судьбы и врагу не пожелаешь, учитывая, что скопленная тут энергия подавляла и поглощала всё. Мне неинтересны были свалившиеся сюда артефакты или золото, а вот это дитя, чьи невероятно длинные волосы пропитались тьмой, завладело моим вниманием.

Я не знаю, сколько она сидела здесь, вжавшись в камень и прижимая колени к подбородку, будто окружающая голодная тьма сдавливала её. Силой я разогнал тьму яростным потоком огня и увидел блеск невероятного желания жить в её поистине бездонных глазах. Она потянулась ко мне, и я уже не смог её отпустить.

Кеххель была просто в восторге, заботясь о Хонне, и казалась мне такой… невероятной, что я не мог найти слов, чтобы выразить то, что я испытывал, да я попросту не знал таких слов в то время. Кхара испытывала схожие проблемы, пытаясь помочь Хель, но при этом боялась причинить вред Хонне.

И каждая из них отдала мне всё, что имела и даже больше, намного больше. Я ответил им тем же. Будучи так долго один, я многого не понимал из слов учителя Сорроу. Бесконечные войны, сражения, преодоление испытаний не дало этого понимания, его мне подарила семья. И Кеххен разрушил её!

— Тварь!!! – я использовал кровь, прошибая шлем твари. – Я уничтожу твою душу!

— Глупый бес, — удар кулаком был очень силён, а энергия Мрака лишь добавила проблем. — Ты так много прожил, но до сих пор не подрос, поганый мальчишка. Ты должен был сдохнуть в пустошах, как и многие другие.

– - Но я выжил, – удар головой явно не понравился предателю.

– Проклятье! – Мрак пробил броню и бок, но в ответ клинок твари вспыхнул пламенем. Я его одолею, и никакой Мрак ему не поможет. – Г-ха-а!

Держась когтями за эту тварь, я бил его второй рукой, меч же прицепился к броне, так как больше мешал. Всполохи пламени, алая и черная кровь, а также осколки брони летели во все стороны. Я не думал о собственных ранах или о том, что будет. Сейчас моей целью было уничтожить Кеххена. Разорвать в клочья его проклятую душу!