30 августа 2000 год. Планета Пурпура.

Повзрослевшие Ричард и Гермиона сидели в шезлонгах роскошной морской яхты. Лёгкий бриз слегка развевал их волосы. Робкие брызги морской воды делали воздух сладостно приятным.

Молодые люди нежились в купальных костюмах под лучами красного светила.

Гермиона расцвела и похорошела. От угловатой фигуры подростка не осталось и следа. Она налилась приятными окружностями в нужных местах.

Ричард тоже похорошел и больше не напоминал мальчика. Это был высокий юноша с фигурой Аполлона. При взгляде на него сразу можно было сказать, что парень не чурается спорта, но он не выглядел перекаченным. Мышц было ровно столько, чтобы при виде его фигуры девушек разных возрастов бросало в страстную дрожь. Привлекательности добавляли приятные черты лица и светлые волосы.

Гермиона вздохнула полной грудью морской воздух. Её верхние округлости при этом предприняли попытку сбежать из купальника.

– Не могу поверить, – начала она, – что я стала миссис Гросвенор.

– Леди Гросвенор, – тепло посмотрел на девушку Ричард. – Ты давно была достойна стать Герцогиней Пурпурской, я даже жалею, что так долго тянул время.

– Ричи, тебе, наверное, непросто было убедить Её Величество на брак со мной?

– На самом деле это было легко. Гермиона, сама подумай, кто для меня теперь Королева Великобритании?

– Суверен! – вполне логично заметила Гермиона.

– Такая же суверен, как, к примеру, Канаде или Австралии. Сама подумай: у нас полная автономия, своя армия, свои законы и чихать мы хотели на любые требования земных правительств. Мы сотрудничаем с Великобританией пока нам это выгодно.

– Да, но наша планета независимой стала только год назад, когда появился переизбыток продовольствия. До этого мы полностью зависели от поставок еды с Земли.

– Ты моя умница, – одарил девушку тёплой улыбкой Ричард. – Именно поэтому мы до прошлого года ничего не предпринимали.

– Я удивлена, почему не началась война, – задумчиво произнесла Гермиона.

– Ответ прост. Всего два слова, Гермиона: искин-пророк! Его прогнозы дают нам небывалое преимущество.

– Ну да… – с сарказмом протянула бывшая Грейнджер. – А я-то наивно думала, что это из-за техники, которую мы можем удалённо превратить в груду металлолома!

– Не без этого, – усмехнулся Ричард. – Я же не идиот, просто так продавать землянам нанофабрики и космические корабли. Естественно, перестраховка шла на всех уровнях. Думаешь, Королева об этом не догадывается?

– То есть она знает? – приподняла брови Гермиона, переняв эту привычку у своего супруга.

– Иначе отчего она всегда так любезна с нами?

– Значит, знает, – кивнула миссис Гросвенор. – Но как она могла согласиться на закладки в технике?

– А я разве оставил кому-то выбор? – с лёгким сарказмом вопросил Ричард. – Под нашим началом находится почти семьдесят процентов волшебников. Остальные маги, которые остались на Земле, были завербованы правительствами различных стран. За каждого волшебника ведутся такие бои и торги, что дух захватывает. Но проблема землян в раздробленности. Они тратят кучу ресурсов на грызню между собой.

Гермиона подставила лицо под порыв ветра и добавила:

– А ещё мы их крепко держим за яйца поставками дешевой высокотехнологичной и техномагической аппаратуры и прочих товаров по бросовым ценам. Но теперь-то у них есть свои нанофабрики, а это неизбежно приведет к развитию науки и техники.

– Верно, но до нормальных искинов землянам ещё лет десять, а мы уже вырвались далеко вперёд по уровню технологического развития. Плюс множество волшебников позволяют нам создавать маго-технологии, сильно превосходящие всё, что можно получить при помощи технологий. Даже мы лишь с помощью техники сможем создавать космические корабли уровня первого Энтерпрайза лишь лет через пятьдесят. А землянам по прогнозам понадобится в два раза больше времени.

– И всё же, Ричи, я не пойму, как тебе удалось настолько безболезненно получить автономию? Год назад на Пурпуре хватало британских войск, чтобы устроить нам серьезные неприятности. Я уж молчу о грязных методах вроде переворота, яда в вечерний чай и прочего.

– Всё до банальности просто, – ответил Ричард. – Я пообещал Её Величеству три планеты из открытых нами.

– Но мы только три планеты и начали недавно осваивать, – недовольно нахмурились брови Гермионы.

– Но это не значит, что я обещал именно их, – лисья улыбка выползла на лицо Ричарда. – Я просто выиграл нам время для получения самого ценного ресурса.

– Это чего же?

Гермиона нахмурила лоб, пытаясь понять, что же может быть настолько ценным, что стоит аж трёх планет.

– Люди, Гермиона. Люди – вот самый ценный ресурс. Дома, техника и вещи – всё это восполнимо. А для того, чтобы планеты представляли хоть какую-нибудь ценность и вносили вклад в развитие страны, на них должны жить люди.

– И всё же, – в глазах Гермионы читалась нескрываемая жадность, – это целых три планеты!

– У нас официально открыто восемнадцать землеподобных планет, так что не мелочись, дорогая. Зато мы на время получили надежного союзника в лице Британии и её армии, которая в настоящий момент является одной из сильнейших в мире. Пока Великобритания прикрывает наши задницы и отстаивает наши интересы, поскольку это в их интересах тоже, мы будем получать людей и осваивать планеты. Свои планеты! А наши союзники пусть осваивают свои. Мы им поможем: совсем недорого продадим устаревшие нанофабрики, а порталы, к сожалению, они сейчас и свои могут построить.