Через полчаса ожесточённого сражения, ряды махдистов дрогнули, и стали стремительно отступать, откатываясь к зерибе, и заняв там оборону. Но, силы мои были на исходе, и я прекратил атаку, приказав вернуться на исходные позиции, где благополучно снова потерял сознание.

Эмин-паша огорчённо смотрел на поле боя, то ли выигранного, то ли проигранного. Сражение они выиграли, но бой проиграли. Из полутора тысяч человек, в этом сражении он потерял больше тысячи убитыми и ранеными, а часть воинов успела сбежать. Пользуясь, так сказать, случаем.

Дальнейшая военная кампания не имела смысла, воевать было некем. Мамба был тяжело ранен, и не годился больше в союзники. Да, и не нужен ему был такой умный союзник. Войско дикарей понесло гораздо меньшие потери, но, без своего командующего, категорически не желало наступать, что, в принципе, было понятно. И он решил отступить.

Собрав всех легкораненых, и бросив тяжёлых умирать в одиночестве, он покинул место битвы, возвращаясь обратно в Британскую Восточную Африку. Часть оружия он любезно оставил расу Куби, чей тяжёлый профиль, а также тысячный отряд, помог ему принять сложное, но такое необходимое, решение.

К тому же, тащить дополнительный груз оружия и боеприпасов, с резко уменьшимся отрядом, не самых стойких воинов, было глупо, и он подарил всё снаряжение, и доставшиеся трофеи, расу Куби, после чего, отбыл со своими людьми восвояси.

Мойша Левинсон сидел в своём кабинете, в недавно отстроенном здании, кампании «Товары из Африки», принадлежащей, формально, его отцу, Аврааму Левинсону, а, фактически, ему. Эта компания входила в группу компаний отца, занимающихся поиском, закупкой, огранкой, и продажей драгоценных камней, а также, фармацией и различной попутной финансовой деятельностью.

Кроме этого, отцу, и его семье, принадлежала сеть аптек, несколько биржевых контор, и одна фабрика. Семья же, у Авраама Левинсона была большая. Помимо собственных детей, у него была целая куча дальних, и близких родственников, друзей детства, друзей юности, а также, друзей финансистов.

Понятие о дружбе в этом контексте, конечно, было неприменимо, но отец предпочитал называть их именно так. Во всех деловых письмах к своим деловым партнёрам, он начинал текст письма фразой: «Дорогой друг!»

Это, правда, не мешало ему разорять нечистых на руку дельцов, посмевших залезть ему в карман. Отец был честным. Даже не так, отец был честным, перед самим собой и своими детьми, ну, и с близкими родственниками. И никогда не предавал первым. Просто он всегда знал, кто его предаст, либо стал на путь предательства, и, с удовольствием, помогал тому шагнуть в пропасть.

Мойша не был таким, как отец, но тот предпочитал жёстко контролировать сына, не давая ему самоуправничать. Пока к нему не придут мозги, в виде холодного расчёта, обдуманности поступков, ответственности за принятые решения, без всего этого метания, из одной крайности, в другую.

На все возражения отцу о том, что в жизни надо всё попробовать, Авраам неизменно получал ответ, что попробовать надо то, чего стоит пробовать, а мимо всего остального надо проходить, не соблазняясь призрачным блеском мишуры.

Сейчас же, он чувствовал себя настоящим владельцем компании, перестав быть посредником, между клиентами и отцом. Дела шли в гору, его компания развивалась, и увеличивала товарооборот.

Последняя партия алмазов, полученная от фон Штуббе, была больше, и алмазы в ней были намного лучше и чище, чем в предыдущих партиях. А чудо-эликсир сделал такую рекламу аптеке, что их семья срочно открыла ещё две, и собиралась развиваться дальше.

Мойша хотел развивать бизнес, но для этого нужно было разнообразить ассортимент лечебных микстур и эликсиров, а с этим, пока, были проблемы. Эликсира было мало, и он был один, а требовалось, что-нибудь, и для женщин. Но, увы! Аптекари уже устали отбиваться от настойчивых дам, желавших себе вернуть молодость, а также фигуру и красоту.

А безнадёжно влюблённые, в недоступных им женщин, мужчины, настойчиво спрашивали, нет ли эликсира любовной горячки, или любовного затмения, или… в общем, замучили уже всех.

Кроме этого, с полной нагрузкой работали лавки древности, торгуя всякой всячиной, с континента. Особенно, ходовыми были ритуальные африканские маски из чёрного, красного и прочих экзотических деревьев. Различные ритуальные ножи, и резные изделия из слоновой кости.

Такого дельного поставщика, как фон Штуббе, буквального взрывающего рынок, либо создающего абсолютно новый сегмент в нём, они ещё не знали. Но сейчас стояла другая задача, и он ждал своего торгового агента.

Стив Роджерс негромко постучал в новенькую дверь. Дождавшись приглашения, он вошёл в кабинет Мойшы Левинсона.