— Михайлов, не зевать! — крикнул Якут.

От его голоса вздрогнуло всего несколько человек, прочие остались неподвижными.

— Смотри, — сказал учитель мне, подойдя к ближайшему, тому самому парню с широкой челюстью. — Филочкин, защищайся!

Он ударил второкурсника наотмашь, но тот даже бровью не повел. Не больно ему, что ли? Больше того, даже положения не поменял. Сидел все в той же позе. Якут провел еще несколько ударов. При лунном свете он походил на могучего барса, подступающего к жертве, но еще не решившего броситься на нее. Крепкие мышцы под кожей перекатывались стальными тросами, каждое движение было правильным, отточенным.

И все-таки парень не дрогнул. Будто превратился в изваяние, самую настоящую статую. Я почему-то вспомнил передачу про посвященных буддистов. Тех, что сидели в одной позе так долго, что многие уже не могли сказать, живы они или мертвы. Вот это откуда.

— Концентрация, — говорил Якут. — Он не распыляет всю силу, которая у него есть. Лишь применяет минимум, чтобы закрыться от нападения. Это и есть мастерство мага.

— Учитель, так я мастер? — зарделся от похвалы Филочкин.

Вместо ответа Якут поднял руку и парня придавило к земле. Тот закричал от боли и стал шлепать по траве ладонью.

— Мастерство приходит со временем. С многочисленными тренировками, — после он повернулся ко мне и добавил. — Хорошо, Кузнецов, иди. Для первого раза неплохо.

Якут не спросил, захочу ли я заниматься дальше? Устраивают ли меня подобные тренировки? Как я себя чувствую, в конце концов. Он явно не сомневался в таких презренных вещах. Мне бы возмутиться, но то таинство силы, которую я познал сегодня, принуждало быть послушным.

— Завтра в это же время? — только спросил я.

— Нет. Отдохни пару дней. Приходи на следующей неделе.

И, потеряв ко мне всякий интерес, Якут стал ходить между сидящих пацанов и раздавать указания. А мне не оставалось ничего, кроме как поплестись в комнату. Товарищи собирались на боковую, но завидев меня, потеряли всякий сон.

— Фига себе. Это кто тебя так? Ничего не сломано? — бегал вокруг Рамиль. — Куракин где-то подкараулил? Надо идти к Козловичу.

Байков не задал ни одного вопроса, будто лично присутствовал и на опушке, и в Лебяжьем овраге. При этом он не сводил с меня глаз. Я сел на свой стул, оперся на спинку и стал рассказывать все подробно, с самого начала.

— Ваш Якут очень занятный маг, — сказал Димон после того, как я закончил повествование. — Интересно, какой у него класс?

— Класс? — непонимающе спросил я.

— Диман, дай я объясню, — махнул своей длиннющей рукой Рамиль. — Смотри, это в общем, как в компьютерной игрухе. Тебе сначала дается первый класс, который называется адепт.

— Все опять переврал, — перебил его Байков. — Никакой не адепт, а послушник. И ничего не дается. На него надо сдать экзамены в конце учебного года.

— Ой, тогда сам рассказывай, — обиделся Рамиль.

— После того, как маг сдаст экзамены на послушника, он может уже работать. Занимать мелкие должности в Конклаве или присягнуть одной из фамилий.

— Очень интересно, — ловил я каждое слово. — А если, к примеру, я не буду сдавать экзамены? Влияет ли это на силу мага?

Байков нахмурился, слово я спросил его на другом, незнакомом языке. Но все же ответил.

— Нет, не влияет, но какой в этом смысл? Чем выше класс, тем выше должность ты можешь занять. К тому же, когда кандидат заявляется на экзамен, то получает доступ к подготовке в РАМН, в том числе консультация с ведущими магами-профессорами.

— Что еще за РАМН?

— Российская академия магических наук.

— Ясно, выходит, смысла и правда никакого. Но чисто теоретически, это возможно.

— Чисто теоретически, — пожал плечами Байков. — Ну да.

Я удовлетворенно кивнул и почему-то подумал о Якуте. Странно одевающемся преподавателе и невероятно сильном маге, знающем очень много о силе. И еще вспомнился его разговор с Елизаветой Карловной относительно моего потенциала.

— Дима, а мастер — это какой класс?

— Восьмой.

— А искусник?

— Шестой. Чего ты мне голову морочишь, что про классы не слышал?

— Да я так. Рамиль, сбегай за Мишкой, дело есть.

— А чего я? Молодого нашли?

— Рамик, ну хорош, я тебе обещаю, что ты не пожалеешь. Сбегай за Мишкой, будь другом.

Рамиль забормотал что-то сердитое и невразумительное, но за Максимовым пошел. А я пока стал шарить на столе в поисках линейки. Ножа-то не было.

Прошло меньше минуты, и мы все сгрудились над крохотным батончиком, который я вытащил из кармана.