«Дук!»

— А-а-а-а! — завопил все-таки попавший впросак дурачок и отскочил в сторону, где ноги его почему-то не удержали.

Хотя почему почему-то? Я бы конечно с куда большим удовольствием своим мечом его ступню к полу пригвоздил, но и удар окованным навершием ножен тоже неплохо вышел. Если мне хотя бы чуточку повезло, то я этому говнюку даже что-то сломал.

Быдляк фратрии конечно же зашумел, начал хвататься за оружие и всячески показывать, что к нам сейчас на стол большой и толстый пиздец вскочит — но меня это «как ни странно» не впечатлило.

— Слушай судя, «фартовые», — обвел я взглядом окружающих нас недоносков и воткнул в столешницу «кинжал Гнева». — Если хотите схватки, то не надо мне тут в жопу орать! Скажите, блять, это прямо, и мы с благородными господами утопим эту ебучую харчевню в крови!

— Ты…! — истерично крикнула поднимавшаяся на ноги крыса.

«Хрусь!» ответило ему все то же окованное навершие, только на этот раз выброшенное в длинном выпаде. Вот теперь я этому балбесу самое меньшее что зубы вынес, так что на ближайшие несколько минут крысоглазый всяко выпал из разговора.

Благородные господа, глядя на меня тоже повскакивали с мест, но оружия пока что не обнажали.

— Да, Я! — разве что чуть повысив голос сказал я, холодно ухмыляясь в лицо главарю. — Зубы вылетели. И что вы будете с этим делать?

Всякий шум вокруг стих.

— Вас тут конечно больше, но и мы не на ночной улице!

Эффектное движение, упавшие на пол ножны и клинок сверкнул сталью. В зале охнули. Среди бандосов тоже засверкало оружие.

— Шен… — главарь фратрии человеком был достаточно осторожным.

— Фер! — перебил я.

— Фер… как вас…

— Фер Вран!

— Фер Вран, вы верно из далеких мест родом?

— И?

Здоровяк, распихивая кентов заходил справа, пока еще не обнаживший свои палаши остроносый слева.

Уллак счел последнего менее опасным, так что встал вместе с братьями у левого края стола. На лицах троицы удовольствия от грядущей схватки не наблюдалось. Нейл и Миердин соответственно сместились ко мне. Эти двое были под впечатлением моей славы и выглядели живее.

— Фер Вран, фер Вран! — глава фратрии как сидел на месте, так и остался сидеть. — Мы на шелках не рождены, вольности дворянские чтим. Но люди свободные… И оскорблять себя словом и действием никому не позволим!

— Да, да, вы можете подать на меня в суд! — рассеянно согласился с ним я, оценивая, что будет выгоднее — атаковать здоровяка, или сначала уменьшить количество мечей противника. Один-два — тоже хлеб.

Но по уму конечно надо было воспользоваться пистолетом. И плевать что Кеттенхут рядом, а шесть дворян в железе против шестнадцати бандюков даже без поддержки слуг в зале не бог весть как уступают последним. Особенно если врасплох не застали.

Зрители гоготали. Атаман задумчиво покачал головой:

— Ни к чему это.

— И?

— Фер Вран, Тим не искал ссоры. А вы ему зубы выбили. Нехорошо это. Нехорошо.

— Да вы что!

— Согласитесь же, что вторая плюха уже была лишняя? Опять же кровь пролили.

— Нет! — сказал я. — Не соглашусь.

— Фер Вран…

— Я сказал же, не соглашусь! — растягивая слова в адреналиновом приходе, облизнул губы я. — То, до чего вы своими жалкими умишками только додумались, я уже давно съел и высрал. Так что, если вы, потерявшие страх парни, сейчас не зассыте то здесь будет резня, кровищща и сизые кишки по полу.

— Фер Вран …

— Ваг!!! — перебил главаря сиплый бас в зале. — Твои ублюдки опять до моих гостей доебывались?

Сверкавший лысой головой владелец постоялого двора, а это явно был именно он, был больше всего похож на тяжеловеса ММА-шника на пенсии и завернувшую на огонек бандоту ни в грош не ставил.

— Дьерн…

— Какого хуя они за чистыми столами забыли? Серебро завелось, благородными себя почувствовали? А ну пошли вон оттуда!

«А ты, я смотрю, чувак, тут в законе! — мысленно хмыкнул я, глядя на недовольных, но не очень-то стремящихся возразить мужику разбойников. Верхушки банды его последние слова не касались, так что те восприняли их более спокойно.

— Дьерн, давай поговорим без лишних глаз!

— Поговорим, как нам не поговорить! — перешел на вкрадчивый тон трактирщик. — Тим в этот раз, смотрю, не одним испугом отделался?

— О нем и речь.

— Он мертв разве? — все так же вкрадчиво спросил шен Дьерн. — Вон шевелится, недоносок, мозги из черепушки не лезут. Взяли под руки и убрались, в чем дело стало?

— В серебре. — сказал я.

— Вас фер Вран зовут, мне сказали?

— Это так.

— А я Дьерн Мортен, а за столом сидит Ваг Рауд, которого кое-кто называет «Змееустом».