Аккуратно подойдя почти к краю «смотровой площадки», я посмотрел вниз и прикинул высоту. Высота обрыва, оказалось довольно внушительная и на мой взгляд составляла около ста метров.

— Слушай, Армен, — обратился я к товарищу, — это очень опасно, вот так вот тут гулять… Нужно, наверное, тут какие-нибудь перила, что ль сделать. Да и охранный пост, наверное, какого-нибудь тут поставить, что бы дежурство было во время съёмок. Как говорится: «На всякий пожарный…» А то не дай Бог, кто-нибудь случайно навернётся и костей потом не соберём.

— Гм… Ты прав, — согласился со мной тот. — Как-то этот момент мы не учли, а высота тут действительно большая. Да и уклон резкий. Действительно больше на обрыв смахивает, чем на склон… Гм… Завтра поставим тут на дежурство двух милиционеров и наймём бригаду строителей. Кстати, может они ещё и не уехали, после ремонта дома. Нужно у председателя узнать будет. Ну, а если уехали, ничего, наймём других. Не чего особо сложного, чтобы времянку сделать, тут нет. Денег заплатим, думаю, за ночь, наверняка сделают. А делать это надо обязательно. Нам ЧП уж точно не нужны! Сделаем!..

Я согласно кивнул и обвёл взглядом потрясающий пейзаж.

— Ну а в общем тебе как? Устраивает? Хорошее место выбрали? По-моему, не плохо? — вероятно зная ответ на очередной риторический вопрос всё же спросил Армен также любуясь открывающейся с площадки завораживающей картиной.

— Великолепно! Масштабно! Грандиозно! — «сдержанно» резюмировал я, любуясь действительно шикарным пейзажем, который был почти такая же хорош, как и на фотографиях из интернета. Ну разве, что сейчас он был чуть «поярче» и «поконтрастней».

Мы находились в центре большого ущелье на склоне горы. Солнце клонилось к закату. Перед нами лежали покрытые зеленью склоны. По дну зелёного ущелья текла река под названием «Арпо», а по её берегам как раз и было раскинуто гостеприимное селение, где сейчас во всю шли народные гуляния.

Несколько минут мы наслаждались открывающемся видом природы, затем повернулись на сто восемьдесят градусов и пошли к одноэтажному деревенскому дому с недавно пристроенной, по нашему проекту, террасой.

— А почему дом стоит отдельно от посёлка. И кто тут живёт? — поинтересовался я у сопровождающего.

— Старичок здэсь живёт. Степан Агасовичем зовут.

— И, он тут один живёт?

— Да. сейчас один. Жена у него была. Ведьма, была, как у нас говорили, ну или знахарка… Вот они и жили отдельно. Многих из села она вылечила травами, да заговорами… Исцеляла, одним словом, а называли за глаза ведьмой… Во как… Да… Два года назад умерла. А Степан к детям в город не хочет уезжать… Так и живёт тут один.

— Вот как? И сколько ему лет?

— Семьдесят пять, по-моему, или восемьдесят. Не помню точно. Старый он уже, — ответил пастух и постучав в дверь громко сказал: — Степан?! Ты дома? К тебе гости пришли!

Нам не ответили, и пастух постучал по стеклу вновь. Не добившись результата приоткрыл входную дверь и крикнул в глубь дома, что-то по-армянски.

— Сдэсь я. Иду, иду, — раздался голос хозяина, который через секунду появился и сам.

Ну да, обычный армянский дедушка, худой, с седой бородой и палкой в руках. Одет он был, вероятно по случаю, в синие костюмные брюки, белую рубашку, тапочки и «узбекскую» тюбетейку.

Поздоровались и поинтересовались как у него здоровье, как проходили работы и нужно ли, в чём-нибудь помочь?

С русским языком у Степана Агасовича была вполне нормально, поэтому он довольно внятно объяснил, что всё хорошо и что строители всё обещанное сделали.

— Террасу построили, фасад «с этой вот стороны» покрасили, крышу подлатали, и комнату белыми обоями поклеили, — воодушевлённо рассказал обстановку дедуля.

— Такс, — насторожился я, взглянул на Армен и переведя взгляд на хозяина спросил: — И всё? Почему так мало? Больше строители ничего не делали?

— Да, что ты сынок! Они молодцы! Вон, даже камин сделали! Спасибо им за это! Вон какая красота-то стала! Печку побелю и всё! Дом как новый будэт! Не дом, дворец будэт!

Ну давайте посмотрим, что эти молодцы тут навояли! — предложил я и мы начали осмотр с того, что обошли строение по кругу…

Через десять минут мне всё стало ясно, и я спросил у хозяина дома:

— Степан Агасович, а не подскажите, строители ещё тут или уже уехали?

— Тут должны быть. Они в село спустились, вас встречать.