— К другу, что ли, привел? — сделала предположение я, но Дейка покачала головой.

— Неа, в этом районе у него нет даже знакомых... Видишь висяшки? Такие только в ведьминских кварталах стоят.

— Точно! А я и не заметила, — теперь-то я видела незаменимую атрибутику ведьминских домов с их оберегами.

Сплетенные из веток и перьев, с добавление защитных чар и пропитанные зельями, висяшки крепились на углы домов и защищали от незваных гостей, являясь фирменной карточкой жилища ведьмы. В общежитии такие веди были под запретом, но в городе без них никуда.

Эти висяшки, судя по белоснежным перьям, были повешены совсем недавно, и не успели запылиться. И к кому нас привел демон?

Вот, наглец! Дверь с ноги открыл! А потом дверь его 'поблагодарила'.

Шишка на лбу демона увеличивалась у нас на глазах, но мы сдерживались. Из последних сил. Не хватало нам еще для полного счастья сейчас демона в истинной ипостаси...

Обманчиво хрупкая дверь вызывающе щелкнула вызывающе замками и чуть приоткрылась.

Крис, наконец, вспомнил, что имеет дело с ведьмами, поэтому в приоткрытую щелку заглядывать не стал, а постучал костяшками пальцев об косяк.

Ну, хоть какое-то воспитание.

На стук никто не ответил, зато дверь еще немного приоткрылась. Демон а нее подозрительно покосился, но лезть не стал. Шишка, наверное, еще давала о себе знать.

На повторный стук дверь хлопнула, щелкнула замком, а потом вновь открылась еще больше, как раз, чтобы пройти одному.

Крис только было хотел войти, как Дейка дернула его за рукав.

— Стой! Сейчас она тебе вторую шишку набьет!

Демон остановился, блестя своими опаловыми глазами. Бедный, сегодня был явно не его день.

— Ненавижу эти ведьмовкие штучки! — воскликнул мужчина, за что получил возмущенный взгляд от сатира.

— Тогда дай мы сами! — отодвинула она демона в сторону и потянула меня за собой.

Дверь тихо отворилась, давай нам спокойно пройти, но как только моя вторая нога пересекла порог — тут же захлопнулась. Из-за двери раздалась ругань и рычание.

— Лечить его потом будешь... — прошептала я подруге.

— Ничего, разберемся, — шепнула в ответ подруга и мы замерли, осматриваясь вокруг.

Веник с совком валялся рядом с кучкой мусора — уборка хозяину то ли надоела, то ли он был вынужден срочно это дело забросить.

Широкие деревянные балки под потолком давили своей массой, но служили прекрасным держателем для подвешенных пучком трав. То тут, то там валялись еще неубранные разбитые колбочки от зелий, а на столе лежала откусанная булочка.

И все бы свидетельствовало о вынужденном отсутствии хозяина, если бы не звук шебуршания в соседней комнате.

Половица предательски скрипнула под ногами, но тот, кто был в комнате, этого даже не заметил.

Облегченно выдохнув, мы сделали еще несколько шагов и остановились на пороге комнаты.

Куча ритуальных балахонов, расшитых золотыми нитками, горками истерзанного тряпья валялись по всему полу. Над ними трудились не только ножницы, но и руки, судя по лохматым неровным краям.

На окне, в попытках создания красоты, синяя занавеска была схвачена зажимами с искусственными черепушками. Схвачена, скажу я вам, на скорую руку, ассиметрично. Мои руки так и чесались поправить зажим, но думаю, меня бы никто не понял...

У старого зеркала в толстой золотистой раме стояла Роксалин и угрюмо смотрела на свое отражение. Платье, и правда, было страшненькое. Как будто из старого сундука. Теперь понятно, почему она нас даже не услышала. Я бы тоже от такого одеяния расстроилась жутко.

Наши глаза встретились в зеркале, и её лицо изменилось прямо на глазах. Темная бровь изогнулась, спина приосанилась, а рука всплеснулась вверх в заклинании...

Вот последнее нам было совсем не кстати, поэтому мы с Дейкой разбежались в разные стороны, крикнув, что мы свои.

— Свои? И с каких это пор я вожу дружбу с сатирами? Или с полудницами? — да, гонору, в отличие от всего остального, Деина мамашка еще не потеряла.

— Мама! — воскликнул сатир и свергнутая глава ковена замерла, как громом пораженная.

Женщина прищурилась, и принялась обходить Дею по полукругу. После чего тряхнула головой и посмотрела на меня. А потом повела носом. Ну один в один — королевская ищейка.

— Дуры! — заорала она.

Когда нас обзывают — мы отвечаем. Но тут нам этого делать было нельзя — все-таки демон нас сюда не просто так привел. Шанс на снятие личины был, и мы не хотели его терять. Поэтому сбились в кучу и помалкивали, наблюдая за Роксалин.