После долгих убеждений Майкл отпустил меня, но с уговором, что я вернусь не позже, чем через час и расскажу ему всё, что мне поведает Преподобный. Иначе, он по кирпичикам разберет это место и достанет меня любой ценой. Его слова дали мне куда больше уверенности в том, что я вернусь оттуда. И я верю, что Майкл сдержит своё обещание.

Проходя по храму мимо скамеек снова вижу людей, которые молятся разным богам. Среди незнакомых лиц узнаю Сару. Она счастлива и машет мне рукой в знак приветствия, я отвечаю ей кивком и двигаюсь дальше.

Вот передо мной дверь в кабинет Преподобного. Поднимаю руку чтобы постучать и замираю. Возможно, это ошибка. Снова какая-то ловушка. Два чувства борются во мне – это любопытство и страх. Вспоминаю слова Майкла, и они дают мне силу. Даже если за этой дверью произойдет что-то ужасное, это не продлится больше часа. Стучу в дверь и, не дожидаясь ответа, я переступаю порог. Любопытство победило.

В кабинете всё так же, как было вчера. Одинокая свеча отбрасывает причудливые блики на деревянный стол. Вот только во главе сидит не Преподобный.

Как всегда одетый в ворох какого-то тряпья Саито Фудо поднимается на ноги при виде меня и слегка склоняет голову. Видимо это у него такой "Привет".

– Где моя мама? – я не успеваю подумать, а губы уже произносят главный вопрос.

– Здравствуй, Джей. Присаживайся. – говорит старик и опускается на трон позади себя. Не вижу смысла спорить по таким пустякам, сажусь на ближайший стул к выходу.

– Так, где она? – сердце замирает в ожидании ответа.

– Она осталась в Черной Пантере. – произносит он, растягивая слова в своей обычной манере.

– Что? Почему? Она больна? Не может передвигаться? Что с ней сделал Флинт? – протараторила вопросы на одном выдохе.

– Она жива и здорова. Мистер Морис не доставил ей каких-либо неудобств. Увечий я также не заметил. – Саито замолкает и смотрит на меня прищуренным взглядом, словно ждет, что я сама всё пойму. Но я не понимаю.

– Тогда почему вы не сдержали своего слова? Вы обещали, что привезете её сюда.

– Я не считаю, что нарушил своё слово…

– А я считаю. Мне не стоило вам верить.

– Поверь мне, я сделал всё возможное, чтобы привезти её сюда.

– И сейчас последует НО…

– Но она отказалась покидать Черную Пантеру. Не в моих правилах похищать людей, даже если это будет для их же блага.

Он замолкает и смотрит на меня, а я просто потеряла дар речи. Такого я точно не ожидала. Мама отказалась покинуть чертов город. Разлепляю губы и задаю вопросы, на которые я скорее всего не хочу знать ответы.

– Вы ей сказали, что знаете меня? – мой голос настолько тих, что мне приходится повторить вопрос. В ответ старик утвердительно кивает, в его взгляде четко улавливаю жалость ко мне.

– Можете рассказать, о чем вы говорили? Она спрашивала обо ммне? – на последнем слове запинаюсь и сглатываю комок, который снова начинает разрастаться в горле, не давая мне нормально дышать.

– Я буду честен с тобой… Твоя мама не была заинтересована в новостях о тебе. Она просто спросила, жива ли ты. Но это не имело для неё никакого значения. Видишь ли, она счастлива. Жизнь там делает её цельной. – с каждым словом старика, от меня отрывали кусок. Отделяли кусок души. Боже, как это больно. Что становится с душой человека, если её разорвали на части и выкинули за ненадобностью? Понимание того, что я осталась совершенно одна, без родного человека, делает меня пустой. Пытаюсь слушать дальше. – Она просила передать тебе, что не нуждается в твоей помощи.

Я рада слышать тишину, слова Саито сродни выстрелу в самое сердце. Сижу и смотрю на огонек свечи, чувствую, как слеза скатилась по лицу и капнула на стол. Собираю себя по кусочкам и обещаю, что это была последняя слеза, которая появилась на свет благодаря моей матери.

– Это всё? – спрашиваю, но взгляд от огня оторвать не могу.

– Да.

Поднимаюсь и выхожу из-за стола. Но слова Саито заставляют меня остановиться.

– Джей, нет света без тени.

– Что?

– Это означает… что даже в самый худший момент твоей жизни может появиться что-то поистине великолепное.

И я ушла.

Но слова старика так и крутились у меня в голове. Лучше буду думать об этом, чем о том, что от меня отреклась родная мать.

На выходе из Храма меня ожидала Стейси.

– Ты что молиться пришла? – в растерянности спрашиваю блондинку.

– Не молилась, просто просила у всех богов немного спокойствия в жизни. Не хочу больше бегать по лесам от мутантов, сбегать из города и вообще, просто хочу тишины. – Стейси совершенно серьезна, а это бывает крайне редко.

– Я тоже.