Настала пора ненависти!

* * * К полудню в княжью горницу явился посланец- парасит и объявил Лютобору волю богов, открывшуюся прорицателям Свентовита:

– Прогневали руги вечно юную Мерцану, жену подводного владыки. Лишь тогда смилостивится богиня, когда принесут морю в жертву невинную девушку. И поможет ругам властитель вод.

– Мало русалок в гареме Морского Царя?!

– разозлился князь, - Придумали бы что получше!

– Мне велено передать. Решать тебе, Лютобор.

– Так, иди и скажи волхвам мой ответ - погубленная жизнь девушки не стоит гибели сотен воинов.

– Любомудр знал сей ответ. И на это - вот его сказ: "Ты берег свою дочь, Лютобор. Берегли и мы дочерей своих, но богам стало угодно, что не покинули они острова, когда могли бы избежать смерти. Видно, случилось то с ведома небожителей."

– Постой, жрец! Что ты городишь ?

Отплыла Василиса моя и подруги при ней- сам провожал на пристани два дня назад?
– недоумевал Лютобор.

– Нет, княже. И в недобрый час пришла она к Храму, молить Свентовита, чтоб не сердился отец на неразумное дитя. Здесь увидали ее волхвы, и поняли они -то знамение свыше.

В глазах у Лютобора потемнело: "Великие Боги! Вы не дали мне сына! А теперь - отнимаете и дочь!"

– Хорошо. Оставь меня. Я скоро сообщу Любомудру о своем решении.

– Дружине сообщи, князь! Подумай! Ведь, скажут люди, если узнают, что ради блага Арконы ты не пожертвовал плотью от плоти своей - единственной дочерью: "Знать, не верит больше Лютобор в гнев божий!"

– Убирайся вон, слуга волхвов! Я решу сам, - ударил князь по столу кулаком.

Заслышав звук, в горницу ворвались руги, стоящие до того за дверьми на страже.

– Что случилось, князь!

– Ничего! Где посланец?

– Слыхом не слыхивали, видом не видывали? Никто не входил и не выходил!?

На лицах гриденей Лютобор прочел неподдельное удивление, и понял пригрезилось, не было никакого парасита. Но мысль о Василисе не давала ему покоя, несмотря на смертельную усталость князь взлетел в седло и вскоре уж стучался в Северные врата кумирни.

На обрядовой поляне у Храма собрались шестеро волхвов из Старшего Круга. То были Любомудр - жрец самого Бел-бога, Свентовита, Радивед служитель Ругевита, Верцин - почитатель Радегаста, единственный из уцелевших волхвов святилища Ретры. Четвертым оказался вернувшийся из десятилетних странствий Златогор. Пришел на Круг даже слепой жрец Черного бога, а шестым был Вальдс - любимец Яровита, сына Велеса.

Не хватало лишь Святобора, но его жизнь походила на неугомонную стихию, которой он и служил - отец Ингвара был ведом самим Стрибой.

Явился на священное действо и князь, его сопровождали Сигур, кельт Гетарикс и мастер Всеслав.

В былые времена обряд гадания совершался при огромном скоплении народа. Празднично одетые руги со своими семьями торопились к стенами кумирни, чтобы не упустить откровений Бога. Пророчество передавалось из уст в уста, от города к городу, от селения к селению.

Не менее пышный и красочный праздник отмечался весною на Кволтицкой горе. Оставить груз прежних забот в году Старом, вобрать в себя плодоносные соки Земли для года Нового - съезжались славяне со всей Рутении-Руссии. Рутены и есть русины.

И хотя после этот долгожданный праздник стали отмечать в сентябре, а в Игорево время зимою - миновали века, но от этого он не потерял своей языческой притягательной доброй силы и очарования.

– Слава Свентовиту! Слава воле Свентовита! И пусть снизойдет великий бог до нашей мольбы!
– начал Совет Любомудр. Хвала всем богам нашим! Непобедимому Ругевиту и Сварожичу Радегасту! Мудрому Велесу и Красному Яровиту! Да восславится могучий Стриба. Не брось нас в грозной беде, неудержимый властитель и отец богов наших!

– Мы собрались братия, чтобы Силой веры проникнуть в завтрашний день...
– продолжил верховный жрец.

Он сделал знак, и пятеро уже немолодых параситов в пурпурных одеждах, отворив врата кумирни, направились к поляне, где сидели волхвы с князем. Два служителя вели под уздцы белоснежного, самого прекрасного в мире коня. Трое остальных несли девять копий.

Это была великая честь, принимать участие в священном действе. Всякий, кто прикоснулся к коню Свентовита, получал частицу его живительного дара.