И все же, что сказал Эмануэль? Я не могла в это поверить. Конечно, он появился, даже несмотря на то, что они пытались спрятаться от него сегодня. Я вообще не знала, что это против закона Дракона, но парень не выглядел слишком радостным.

Тогда почему Эмануэль выбрал те слова?

Блейк все еще был таким же высокомерным, как и прежде.

Я снова оказалась в пещере.

Это была та пещера, которая кардинально изменилась после событий, произошедших в ней около года назад.

Люциан лежал на земле, его уже ужалили, но Пол, он был еще жив, вышагивал вокруг, как будто железное лезвие Люциана никогда не убивало его. Сеймур тоже был там, и Билли или Блейк, я не могла различить их во сне. Как будто они смешались, вместе создавая новый кошмар.

Билли точил нож, когда губы Пола зашевелились.

Его слова были не слышны, как и звуки сегодня вечером, полагаю, это из-за крыльев дракона снаружи пещеры.

Они не могли это слышать, только я.

Билли засмеялся, а потом вся пещера начала грохотать, как мэрия, но опять же, они не видели, видела только я.

Громкий взрыв заставил их, наконец, понять, что происходит.

Появился Рубикон. Он был большим, как и в прошлый раз, когда я столкнулась с ним в Колизее.

Он сжег Билли и Сеймура на месте своим огнем, когда Пол превратился в Виверну. Он был похож на Пенелопу.

Виверна сломала хвост Рубикона, и громкий рык сорвался из его пасти.

Рубикон резко откинулся назад и схватил Пола за шею.

Это было похоже на то, как собака трясет коврик в пасти.

Я отвернулась, когда он жестоко оторвал одно из крыльев Пола, и услышала, как внутренности Виверны брызнули во все стороны.

Я тряслась в своей кровати, и мне стало тяжело дышать. Я с силой потерла руками по лицу, поскольку образы в голове все еще были свежими.

Какого черта это было?

Мои сны никогда так не менялись, чтобы Рубикон на самом деле пришел мне на помощь и убил всех нападавших.

Если бы только настоящий добрался туда вовремя в тот день, Люциан был бы все еще жив.

Я посмотрела на часы, и они показывали, что сейчас три тридцать.

Бекки и Сэмми крепко спали в своих кроватях, когда я пошла ополоснуть лицо.

Пыталась снова заснуть, но это бесполезно. Если бы только библиотека была еще открыта…

На следующий день я пропустила завтрак и провела почти весь день в библиотеке.

Меня больше не волновала школа, и ходила я только в кафетерий за сэндвичем на ужин.

Я не была готова к встрече с Бекки и Сэмми, так что пошла к башне, той, что принадлежала Люциану и была моим любимым местом.

Достала одну из карт и обнаружила в комнате факел, который освещал почти все.

Разложила карту и стала есть сэндвич.

Я тщательно исследовала каждое название на карте.

Изучив половину, услышала что-то на крыше башни, и мое сердце снова билось как сумасшедшее.

Прекрати, Елена.

Ты больше не в Айкенборо.

Это Дракония, и у тебя есть друзья, которые помогут, если случится что-то плохое.

Я отогнала свои страхи и забралась на карниз.

Ухватилась за перекладину прямо над головой, закинула ноги и подтянулась на выступ.

Крыша была в дюймах надо мной, и мне понадобилась пара секунд, чтобы посмотреть, кто меня поджидает.

Я глубоко вздохнула, подтянулась и обнаружила… Ничего!

Мое сердце заколотилось еще сильнее, когда я оглянулась.

Мне это не приснилось. Знала, что слышала что-то здесь, наверху, и ничего не нашла, прямо как в библиотеке, и это заставило меня почувствовать, словно я действительно начинаю сходить с ума.

Спустилась вниз, свернула карту с земли и схватила факел.

Это было единственным местом в академии Драконии, где ощущалось присутствие Люциана, и я отказалась покидать его.

Поэтому осталась, развернув карту вновь, и читала названия по очереди.

Никакого шума не больше не было, за что я была благодарна, и догадалась, что всё это действительно в моей голове.

Я уставилась на то место, где мы с Люцианом ночевали однажды ночью, и воспоминания вернулись. Это был вторник, за день до того, как он уехал, и мои подозрения были правильными. Я бы никогда его больше не увидела.

Я легла, прислонив голову к стене, и закрыла глаза. Всего лишь ненадолго, а потом мне приснился еще один дурацкий сон.

Дело было не в том, что со мной случилось, а в совершенно новом.

Я дремала, когда приоткрыла глаза и увидела лицо Блейка. Он нес меня. Я снова закрыла их и услышала мягкое мурлыканье, мелодию, идущую из его уст. Это было так успокаивающе. Дверь открылась, и через мгновение меня поглотило удивительное ощущение мягкого матраса моей кровати подо мной. На меня натянули теплое одеяло, и Бекки прошептала: