Что происходит?!

Снова посмотрев на советника, я в отчаянии задумалась: он ли так действует на меня? Неужели эр Геррард подавляет мою природу? Но зачем?! Зачем он подошел к нам?! Собирается выдать?! Рассказать при всех, что я делала этой ночью?!

Испуганно отвернувшись, я посмотрела на сьерру О'нил, молча прося не то помощи, не то совета.

— Вам нехорошо, эра? — всполошилась самая понятливая в мире гувернантка. — Возможно, стоит выйти на свежий воздух?

— Да, — я почти шептала, а сердце колотилось, словно сумасшедшее. — Мне бы хотелось пройтись.

— Могу я составить вам компанию? — проговорил эр Андрис Геррард. И хотя свое требование советник подал как просьбу, всем было очевидно: отказа он не примет. — Мы могли бы прогуляться в ожидании его величества. Я покажу вам сад.

Я прижала свободную руку к груди, чувствуя невероятный холод. Ни огня, ни злости, лишь озноб, пробирающий меня изнутри, заставляющий дрожать и словно бы проваливаться куда-то. Как в кошмаре, что преследовал этой ночью.

Кажется, я пошатнулась, и эр Геррард протянул вперед руку, желая удержать меня от падения. Я заметила удивление и непонимание в его невероятных глазах. Вскрикнула сьерра О'нил, заговорили разом все девушки, стоящие у окон…

Мне хотелось прекратить все это; хотелось сказать всем, что все хорошо, но язык отнялся, а глаза закрылись сами по себе.

Показалось, будто меня снова везут в карете, прыгающей сквозь пространство с помощью телепортата, только ухватиться было не за что. Это продолжалось долго, а может, лишь несколько мгновений — я потерялась во времени. Напоследок меня здорово тряхнуло, прежде чем «карета» остановилась, позволяя прийти в себя.

— Ммм… — я поморщилась. Пошевелила руками и сразу поняла, что лежу на мягкой удобной постели.

Неужели упала в обморок? Вот уж чего не хватало! Никогда в жизни подобного не случалось. Чертов Геррард что-то сделал со мной, не иначе! А теперь гордится, наверное, своей невероятной внушаемостью. Или внушительностью? А может…

— Что с вами? — услышала взволнованный женский голос рядом.

В следующий миг я вздрогнула и вовсе перестала думать о Геррарде. Кто-то нежно коснулся моего лица, провел по линии скул, зачем-то потрогал губы.

— Посмотрите на меня, умоляю, ваше высочество.

Я устала лежать в неведении. Медленно открыла глаза и… снова потеряла дар речи. Надо мной нависла шикарная женская грудь. Да, я хорошо смогла ее рассмотреть, потому что она была полностью оголена!

Вдавив голову в подушку, попыталась отстраниться и часто заморгала, чтобы прогнать наваждение.

— Мне позвать охрану? Что делать? — снова защебетала хозяйка груди.

Я молчала, лихорадочно стараясь понять, где нахожусь, кто на мне и что нам сказать охране, если соглашусь ее позвать?

Чуть подняв голову, увидела лицо взволнованной особы: красивое, с большими губами и маленьким носиком. В огромных карих глазах плескалось беспокойство. Светлые волосы разметались по голым плечам. Ниже смотреть не стала — память и без того подсказывала, что там.

— Ваше высочество, — шепнула эта бесстыжая дама, — вы упали в обморок. У вас что-то болит? Что мне предпринять? Позвать лекаря?

— Угу, — прохрипела и испуганно замерла.

— Сейчас! Я сейчас…

Девушка метнулась в сторону, хватая какие то вещи, принимаясь одеваться и заверять меня, что она вот сейчас уже приведет всех, кого его высочество велит. Любого! Хоть самого короля. Хотя нет, короля, пожалуй, не приведет…

Понаблюдав немного за девицей, отвернулась, и сразу стало совсем не до нее. Я медленно приподнялась на локтях и с ужасом уставилась на открывшийся вид. Волосатые мужские ноги в белых подштанниках не двигались, пока я не попробовала ими пошевелить.

— Мамочка, — шепнула я хриплым, совсем не своим голосом, и закрыла свой рот огромной ладонью.

Отодвинув ее, уставилась на два перстня, украшающих средний и большой пальцы. Один из них был слишком узнаваем, я видела его не далее как этой ночью, на принце Максимилиане.

В животе все скрутило, и я с ужасом вскочила с постели, подозревая скорое прощание со съеденным завтраком. Меня зашатало, поэтому пришлось найти опору в виде красивого резного комода. Мебель пошатнулась под весом принца, и на пол свалился подсвечник. Весело стуча по напольной плитке, он докатился до ног моей единственной собеседницы.

— Вам бы полежать, — почти одетая девица, до этого почти успокоившаяся, теперь снова выглядела очень напуганной. Она вдруг обхватила себя руками за плечи и разрыдалась, объясняя: — Вы ведь сами просили ударить! Я не думала, что… Я же слегка. Вы же сказали, это игра такая!