Шрифт:
Наконец, после того, как на столе появляются тарелки с запечённой в духовке курицей в картофеле и майонезе с чесноком, отец Инги говорит:
– Максим, я смотрю, ты принёс гитару. Может быть, что-нибудь нам споёшь?
– Давайте, Максим, и правда, не просто же так вы её принесли! – поддерживает свёкра Нина Андреевна.
Расчехляю инструмент проверяю, как настроен, и говорю:
– Эту песню я сочинил специально к дню рождения Инги. Времени было неделя, так что не взыщите, если что…
Это я уже скромничаю, и по улыбкам собравшихся вижу, что они это понимают. Обещал себе, что не буду заниматься плагиатом, но хотелось сделать девушке необычный подарок. К тому же, хотелось верить, произведение останется для внутреннего пользования, и может быть вообще останется одноразовым. Извлёк из недр памяти довольно приятную вещь группы «Корни» под названием «Вика» [33] , и решил, что после некоторой обработки песню можно будет подавать к столу.
С переделкой я решил не париться, пусть останется заснеженная Москва, откуда герой скучает по возлюбленной Вике… То есть в нашем случае Инге. Поэтому в куплетах я вообще ничего менять не стал. А в припеве я заменил всего два слова: «лондонский» на «пензенский» и «Вика» на «Инга». В итоге он получился таким:
33
https://yandex.ru/video/preview/?filmId=7524483490378657501&from=tabbar&parent-reqid=1600080285663641-1787031847131414432700277-production-app-host-vla-web-yp-133&text=корни+вика
Когда я закончил, несколько секунд стояла тишина, затем дядя раскрасневшейся от смущения именинницы хлопнул в ладоши:
– Браво! Вот это я понимаю – подарок!
Тут же наперебой загомонили и остальные.
– Ах, Максим, какая прелестная песня! – всплеснула руками Нина Андреевна. – Кто бы мог подумать!
– Очень, очень неплохо, – важно кивал головой Михаил Борисович.
Молодёжь поддержала старших выражениями «Класс!» и «Здорово!», хотя в глазах Артёма мелькнуло какое-то загадочное выражение. Неужели ревнует? А что, вполне может быть, что у него на Ингу свои планы, а тут я, с такими песнями. Тут, понятно, гормоны дадут о себе знать.
– Спасибо тебе большое!
Это уже улыбающаяся Инга А я достал из чехла поздравительный адрес и протянул его виновнице торжества:
– Это ещё один небольшой подарок от меня – текст песни в виде поздравительной открытки.
Адрес тут же пошёл по рукам и, как всегда, больше других восхищалась Нина Андреевна.
– Какая прелесть! Это обязательно нужно поставить в стенку, на самое видное место!
– А ещё что-нибудь можешь спеть, не такое кисейное?
Голос старшего из семейства Козыревых заставляет меня снова взять в руки гитару. На этот раз решил угодить старику, исполнив «Сердце, молчи…» [34] , ту самую, что пел герой Вячеслава Тихонова в старом фильме «На семи ветрах». Песня посвящена разведчикам и, надеюсь, ветеран примет моё исполнение благосклонно.
34
https://yandex.ru/video/preview?text=песня%20о%20разведке%20в%20исполнении%20тихонова%20текст&path=wizard&parent-reqid=1600087441422746-1019984597163007559700278-prestable-app-host-sas-web-yp-48&wiz_type=vital&filmId=16679796339556793491
Это своего рода вальсирующая мелодия, играю перебором, хотя когда-то учился играть её пальцевым методом, но времени повторить не было, и решил не рисковать.
Сердце, молчи… В снежной ночи В поиск опасный Уходит разведка…В фильме Тихонов поёт под аккомпанемент рояля, но и под «Кремону» с её глубоким звучанием получается тоже неплохо. Голос-то, правда, у меня не как у Тихонова, когда уже наконец начнётся мутация?! В прошлой жизни это случилось в шестнадцать, хотя у большинства моих сверстников голос начал ломаться в 14, максимум 15 лет. Получается, ещё год ждать!
Тем не менее в гостиной царит полная тишина, все внимают моему исполнению, а когда заканчиваю, вижу в глазах Бориса Никанорыча слёзы. Тот смущённо вытирает их рукавом пиджака, наливает себе рюмку и одним махом опрокидывает в себя. Не закусывая, выдыхает, встаёт и, обходя стол, идёт ко мне. Я тоже встаю, и тогда он меня обнимает, и так же молча возвращается на своё место, после чего достаёт из пачки «Беломор-Канала» папиросу и закуривает. На лицах присутствующих задумчивость, смешанная с лёгкой грустью, и даже на лицах девушек и парней.
– Сумел ты, Максим, отцу потрафить, – тихо говорит Сергей Борисович, пристально глядя мне в глаза, и от его взгляда у меня по спине почему-то бегут мурашки. – Предложил бы выпить за тех, кто не вернулся с войны, да сегодня вроде мы собрались по другому поводу.
– Борис Никанорович, – говорю, решившись. – Я тут книгу затеял писать о войне, и мой герой по сюжету из пехоты попадает в разведроту. А вы, как бывший разведчик, могли бы поделиться со мной интересными воспоминаниями, так сказать, выступить в качестве консультанта. Как вам такое предложение?