Сегодня я уже не просто случайно замечала портреты черноволосого незнакомца, но видела их буквально повсюду. А вот остальных картин оказалось не так уж и много. С чего я вообще решила, что тут весь замок завешан портретами?.. Видать, в первый раз мне недосуг было рассматривать местные произведения искусства.

Теперь же оказалось, что на каждом этаже замка где-нибудь по центру большой стены висел этот тип с короной и вензелями. Его зеленые глаза сверкали на меня с холста, а губы изгибались в улыбке так, словно мы были знакомы.

Рядом могли располагаться изображения бушующего моря, зеленых садов, рубиновых закатов и прочих красот. Кое-где встречались портреты женщин и мужчин в совсем уж древних нарядах. Я так поняла, что то были предки Антрацитового принца.

Кстати, в том, что мой незнакомец и есть местный хозяин, теперь не было вообще никаких сомнений. Чье еще изображение может висеть в самом центре дворцовых залов?

Проходя мимо такого портрета в очередной раз и невольно ловя на себе его колдовской взгляд, полный скрытых мыслей, я не выдержала, повернулась к нему и бросила:

— Ну вот чего ты улыбаешься, а? Бесстыдник. Это я с тобой чересчур близко знакома, а не ты со мной! Ты-то меня вообще никогда не видел.

Показала ему язык и как можно быстрее ушла прочь. Так, на всякий случай.

Этим вечером брожения по замку затянулись. Признаться, я ужасно не хотела возвращаться к себе в комнату и ложиться на ту… дивную кроватку. Впрочем, гулять в одиночестве по черному, как драконья бездна, дворцу у меня тоже не было ни малейшего желания.

Но и выбора не оставалось.

То, что Искра должна быть где-то в замке, я знала почти наверняка. За чертой дворца магия высушила всю растительность, и найти там поляну васильков вряд ли было возможно. Впрочем, пару раз по вымершему саду я все же прогулялась, но все так же безрезультатно.

Когда солнце уже зашло за горизонт, я была готова грызть локти от разочарования. И злости на Хмурю.

Я как раз стояла на первом этаже замка и собиралась подняться к себе наверх, как меня вдруг осенило. В голове всплыла фраза, случайно брошенная вороном сегодня утром в нашем споре:

“Как ты можешь мне отказывать?” — возмущалась я.

“Это мои проблемы”, — в своей излюбленной манере отвечал он. А дальше было самое интересное: “И, поверь, я готов их потерпеть только ради того, чтобы увидеть потом, как ты в последний момент перед Отбором в панике ищешь цветочки среди иссушенного сада, барахтаешься в морской воде и мочишь свои лягушачьи лапки в местных водоемах в поисках Искры…”

Меня сразу что-то насторожило в его словах, да я не поняла что. И только сегодня, изучив Антрацитовый замок почти вдоль и поперек, я поняла, что никаких “водоемов” тут не встречала. Только одно море омывало подножие утеса, на котором стояла черная махина. Больше ничего! Никаких там озер, речушек или даже луж.

Но ведь Хмуря явно не просто оговорился. И по всему выходило, что где-то тут должно быть нечто скрытое от глаз! То, что мне пока так и не удалось обнаружить: поляна возле тайного источника.

Вот только искать и дальше место, которое заранее спрятано, я не собиралась. И так потратила на это два дня! А Хмуря, подлец, явно был в курсе бесплотности моих поисков с самого начала. Небось, наблюдал за моими потугами и каркающе хихикал.

Стоило представить эту картину, как меня начало потряхивать от раздражения.

От злости вонзив ногти в ладони, я быстро двинулась к лестнице, стараясь сдерживать ярость. На этот раз гадкому фамильяру не удастся уйти от возмездия. Клянусь, пару перьев я ему точно повыдергаю. Они ж магические, а у меня всего одно припасено! Ну так будет запас побольше…

Когда я поднялась на третий этаж замка, минуя в непроглядной ночи три громадных лестничных пролета, по логике весь запал у меня должен был пройти. Чай не пара ступенек там минула! Но всю дорогу я так накручивала себя, что, уже подходя к заветной двери, была не столько неуправляемо зла, сколько полна холодной, расчетливой ярости.

Я помнила, что дверь эта нехорошая птица за собой запирает, поэтому даже не стала стучать. Просто со всей силы ударила ногой в место, где с другой стороны крепилась металлическая щеколда. Так иногда делали у нас парни в приюте, когда пытались проникнуть в наглухо закрытый амбар со съестными припасами.

Ну… и мне как-то довелось научиться…

Не знаю уж, что мне помогло в этот раз — бешенство или хлипкость старой двери. А может, то, что Хмуря не стал запирать вход магией. Однако уже через несколько мгновений я замерла на пороге широкой комнаты, освещенной янтарным светом десятка свечей.