— Трей, — говорит она, задыхаясь. — Пойдём скорее. Ты должен это увидеть.

Трей бросается бежать следом за ней, держась за бок, а я спешу за ними. Я догоняю их в конце узкого коридора у другой комнаты, в которой я ещё не была. Она похожа на большую комнату отдыха с диванами, бильярдным столом и огромным, тончайшим экраном на стене.

Как минимум пятьдесят людей толпятся вокруг диванов, глядя на экран, где молодая черноволосая репортёрша стоит на фоне тюрьмы. Место для заключённых выглядит как грозная крепость с серыми бетонными стенами и колючей проволокой, острой, как бритва. Я подхожу поближе и прислушиваюсь к тому, что она говорит.

— Руководство сообщает, что вчера террористическая группировка, известная как «Грань», проникла внутрь и похитила несовершеннолетнюю заключённую, отбывавшую пятилетний срок за мелкую кражу.

— Они лгут, — бормочет Трей рядом со мной.

— Это уже четвёртое похищение заключённых за последние месяцы. Позади меня вы видите тюрьму. Чиновники недоумевают, каким образом «Грани» удалось проникнуть внутрь и выйти незамеченными.

— Да, мне тоже интересно, — говорит Трей саркастическим тоном. — Приятно видеть, как они заметают следы.

Камера на мгновение фокусируется на здании, прежде чем вернуться к женщине.

— Сегодня утром президент Шард провёл пресс-конференцию в Рубексе. Давайте посмотрим видеофрагмент.

Появляется лицо президента Шарда, его голубые глаза пронзительно смотрят с экрана. Он обладатель густой темноволосой шевелюры, тронутой сединой, а кожа так туго обтягивает лицо, что кажется, стоит ему улыбнуться, как она треснет. Президент проделал немалую работу, чтобы уберечь себя от старения, и это печально, ведь видно, что в молодые годы он был красивым мужчиной. Комнату заполняет свист и перешёптывание, а кто-то бросает в экран ботинок, чем зарабатывает резкое замечание от Трея.

— Дорогие граждане Пасифики, наше общество в смятении. У нас есть противоборствующая сила, которая отказывается видеть необходимость перемен. Дальнейший рост. Они хотят, чтобы мы оставались нормальными. Но слова «нормальность» нет в нашем лексиконе. Мы не просто нормальны — мы экстраординарны. И этим мы обязаны Харлоу Райдеру, создателю «Мэтч 360» и «Хромо 120». Мы надеемся, что сможем сотрудничать с ним и в будущем, чтобы развивать наше общество и личностно совершенствоваться.

Президент Шард смотрит прямо в камеру, его нос морщится, а глаза сужаются.

— Сограждане, до меня дошли сведения, что «Грань» укрывает беглецов. Это болезнь, которая распространяется бесконтрольно. «Грань» — это болезнь, и она должна быть искоренена.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Экран со щелчком выключается. Только тогда я замечаю Трея с пультом управления, нацеленным на экран. Толпа вокруг нас взрывается. Слышатся крики, топот, сердитые голоса. С широко распахнутыми глазами я замечаю, как кто-то хватает вазу и разбивает её, а двое парней грызутся в углу.

Трей подходит к деревянному стулу, становится на него, и, положив в рот два пальца, пронзительно свистит. Все бросают свои дела — даже дерущиеся парни — и собираются вокруг своего лидера. Они ждут, когда он заговорит. Я с восхищением наблюдаю, как Трей выдерживает паузу, требуя внимания и уважения. Он делает несколько глубоких вздохов и мельком смотрит в мою сторону, прежде чем заговорить.

— Нас снова обвинили в том, чего мы не делали. Кейли была спасена от «Хромо 120», а не похищена из тюрьмы. Я устал от того, что правительство пытается выставить нас монстрами.

По всей комнате раздаются злые выкрики, но Трей успокаивает их движением руки.

— Расскажите остальным. Через час встречаемся в столовой.

***

Столовая переполнена людьми. Я пытаюсь найти хоть кого-нибудь знакомого в этой смеси злых лиц и хриплых голосов. Трей, уже успевший привести себя в порядок, стоит на одном из столов перед всей толпой. К счастью, его лицо выглядит намного лучше, чем раньше. Заметив Трину в переднем ряду, я пробираюсь сквозь людей, пока не оказываюсь возле неё.

— Привет.

Она смотрит на меня сверху вниз, давая мне понять, насколько она высокая.

— Привет, — отвечает она, улыбаясь.

— Я что-то пропустила?

— Нет, думаю, он как раз собирается начать.

Как по команде, Трей хлопает в ладоши и свистит через два пальца. В комнате устанавливается тишина, все глаза прикованы к нему. Должна признать, что сначала не понимала, как Трей может быть лидером такой огромной организации, но сейчас всё стало ясно. Его уважают — даже любят. Он не использует силу или страх, чтобы заставить кого-либо идти за ним, вместо этого своими состраданием и добротой он делает так, что люди сами хотят быть рядом. Следовать за ним.