– Конечно, – ответила я. – Знаю.

– Ну так что, давай? – спросила Ариана.

– Хорошо.

Наверное, было бы логичнее играть в зебр, а не в лошадок. Но Ариане так не казалось. И лошадкой она быть не желала. А желала – дрессировщицей.

– Ладно, – снова уступила я. – Лошадкой буду я.

Сначала получалось очень весело. Я заржала, Ариана закричала: «Н-но!» и «Галопом – марш!» – а я давай носиться и ржать ещё сильнее. Ариана то и дело фыркала по-зебриному, всё громче и громче. А я бежала всё быстрее и быстрее.

– Теперь рысью! – скомандовала Ариана.

– Это как? – не поняла я.

– А ну тихо! Лошади не умеют говорить!

Я кивнула, как самая настоящая лошадь, и замолчала. Попробовала скакать рысью, но Ариана осталась недовольна.

– Ну и что это?! – воскликнула она. – Никакая не рысь.

Я опять попробовала. Лучше не стало. Ариана кричала: «Нет, нет!» – и ещё: «Отведай-ка кнута!»

– Ага, щас! – возмутилась я. – Никаких кнутов!

– Мы же понарошку, – удивилась Ариана.

– Ну и что, всё равно нечего такое выдумывать.

– Но так положено, – фыркнула Ариана, шевельнув пушистыми ушами. – И, кстати, ты не умеешь разговаривать.

Мне расхотелось играть в лошадки. Ариана оказалась слишком строгой. Да и скакать надоело.

– Может, в салочки? – спросила Ариана.

– Давай.

Ариана громко заржала. Ржание у неё выходило наполовину лошадиное, наполовину ослиное. Теперь ясно, почему она хотела быть дрессировщицей.

Конец ознакомительного фрагмента.