Шрифт:
«— ГОТОВО! И ФОКУСИРУЮЩАЯ ПИРАМИДА ТОЖЕ ГОТОВА!» — ответил по ментальной связи я и выйдя из-за одной из поддерживающих крышу цеха колонн, продемонстрировал свою работу. Шум разрушений наконец-то начал стихать. Расчистив нужное для ритуала пространство, кот наконец остановился в центре огромного помещения и обернувшись оценил мои старания.
«— Идеально!» — большая, медно-вольфрамовая, покрытая фокусирующими рунами, пирамидка вырвалась из моих рук и влекомая волей, полетела к Саргасу. А парой мгновений спустя, следом за ней устремился и двухведерный котел, в котором плескалось готовое зелье — «- Тогда я включаю сирену!».
«— А может не…»
«— МОЛЧАТЬ!!!» — прогрохотало в голове, заставляя слабое человеческое тело, ставшее для меня временным вместилищем, вздрогнуть от неожиданности — «- Я уже говорил тебе! Не наглей Кар!»
Как бы Саргас не напускал на свою мордаху и в эмоции уверенность в собственных действиях, я точно знал что решение провести этот ритуал далось ему с невероятным трудом. Сколько мы с ним знакомы, он всегда с огромным негативом и отвращением относился к некромантии и изучал ее лишь из теоретического интереса, даже не предполагая того факта что когда либо ею воспользуется. А тут РАЗ!… И он, замазанный в этой некрогадости по самые ушки, готовится опробовать себя в ее высших ступенях мастерства — в ритуале Средоточия скверны. Уууу, жуть-то какая.
Видимо, его внутренние переживания были на столько сильны, что наш котик внезапно превратился в мягкотелого морализатора, защищающего простых рабочих из соседних цехов и спасающего племянников каких-то ошалевших от собственной власти и безнаказанности префектов. И это ОН! Монстр, во время войн в одиночку, своей волей, разрушавший небольшие не покорившиеся города и оставлявший редких выживших бродить по обломкам собственных глупых надежд. И это ОН! Человек, до сих пор оценивающий жизни неодаренной черни штрафами возлагаемыми государством за их намеренное убийство или использование в смертельных экспериментах.
В общем, неожиданное и довольно радикальное изменение.
Но в то же время, каким бы Саргас ни был и каким бы он не стал, я в любом случае не собирался с ним сориться из-за мелочей. У нас не так много друзей (если честно их у нас практически нет) чтобы так легко от них отказываться. Поэтому…
«— Я тебя понял. Включай!» — кот еще побуравил меня взглядом с десяток секунд, видимо пытаясь обнаружить подвох, а после, дотянувшись щупом, дернул за рубильник аварийного оповещения.
«ввВВУУУУУУВУУУУУУВУУУУУУУ» — взревела сирена, а я, кляня себя за непредусмотрительность, принялся запихивать в уши обрывки платка. Правда помогало это слабо и казалось что этот вой можно услышать и на противоположной окраине города. Поэтому… я схватил какой-то, лежащий на полу, штырь и проткнул им свои перепонки. После чего, игнорируя едва ощутимую боль псевдо тела, насладился вновь вернувшейся тишиной. Абсолютная тишина, нарушаемая лишь редкими выкриками Саргаса, громыхающими в ментальном плане.
«— СкалертоРутуту! ИнсокеКхорте!» — звучит слово-ключ, незнакомого мне плетения и вокруг вздрагивает не мир, а уже сама реальность. Едва ощутимая вибрация воздуха, а через миг мир вокруг кота начинает меняться, подчиняясь силе его воли и воображения. Одно его желание и воздух чист, а собранная в единый ком пыль ложится в общую кучу строительного мусора. Бетонный пол цеха вздрогнул, разглаживаясь словно скатерть на столе и становясь идеально ровным… подготовленным к дальнейшим изменениям. Полутораметровый в диаметре каменный столб вырос из неоткуда прямо по центру огромного помещения поднимая кота и котел на высоту человеческого роста. После чего рыжий уже оттуда (с более привычной высоты), продолжил повелевать отдельно взятым куском реальности.
С неслышным мне хлопком лопнула, взлетевшая в воздух, банка с красной краской и ее содержимое начало медленно падать, тонкой неразрывной линией вырисовывая вокруг столба огромную, метров двадцати в диаметре, тридцати пяти лучевую (называемую некромантами Закатной) звезду. Следом, вокруг нее, один за одним, чередуясь, начали появляться фокусирующие и концентрирующие круги в общем количестве девяти штук. А последним, завершающим кольцом ритуального чертежа, стала неширокая полуметровая глубиной яма, за пару мгновений появившаяся в бетоном полу.
Отбросив подальше капли, оказавшейся лишней, краски, Сар повернулся к самому дальнему и в то же время единственному целому помещению. Один лишь взгляд и ближняя из стен буквально растаяла в воздухе и из большой комнаты, один за одним, начали вылетать бессознательные люди и подплывая к месту проведения ритуала, аккуратно размещаясь в той самой яме. Сто один человек (полтора десятка ученых и простых работяг вытянули счастливый билет, взяв сегодня выходной), плечом к плечу, плотно усаживались в кольцо. Всем им сегодня предстояло стать участниками, наверно самого крупного за последнюю тысячу лет, магического ритуала. Увы для них, в качестве жертв, а не зрителей.
«— СсустуюКасуно! ИркреттоЛасуно!» — подготовка завершена и Саргас, не давая себе времени на лишние размышления, сразу же начинает ритуал. В ментальном плане звучит слово-ключ плетения Волна забвения. Заклинание убивающее всех спящих или находящихся без сознания в определенном магом радиусе (Я то наивно думал что этим плетением владеют лишь маги гильдии убийц… Боюсь даже представить каких еще знаний понабрался Сар во время своих странствий). Едва заметная глазу рябь расходится по цеху, смертельно замедляя биение сердец всех людей. Даже лишенный слуха, я все равно, всем своим демоническим существом, чувствовал неминуемое приближение чужой гибели.