Только теперь я повернула голову и посмотрела на Кейдена. Наморщив нос, он провел рукой по коротким волосам.

– Почему нет? – спросила я.

– Начинка отвратительная, это непривлекательно.

Я кивнула, указывая на следующее блюдо. Куриные крылышки с картофельным пюре и горохом. На этот раз Кейден покачал головой и изобразил приступ эпилепсии.

– А что насчет стир-фрай [6] ? – спросила я. Теперь его глаза загорелись. И я сделала заказ.

Когда работница столовой подала мне тарелку, Кейден выхватил ее у меня из-под носа и поставил на собственный поднос.

– Это за то, что ты не оставила мне кофе сегодня утром, – сказал он и исчез за кассой.

От возмущения у меня открылся рот.

Сукин сын! Я повернулась к работнице столовой, но она уже обращалась к следующим ученикам позади меня. Любые попытки привлечь ее внимание с треском провалились.

– Ну тогда мы просто поделим мой обед, – произнесла Доун, указывая на желтую слизь на своей тарелке. Я вздохнула и наконец кивнула.

Когда я вернусь домой, Кейден ох как получит.

Мы сели за стол с другими первокурсниками, которых знали еще со времен поступления. За едой мы обменялись мнениями о наших преподавателях и прошедших семинарах и рассказали, где каждый из нас остановился. Как оказалось, мы осматривали одни и те же квартиры.

– Я был у женщины, которая хотела подсунуть мне своего ребенка, – сообщил парень напротив меня. Все заржали, увидев выражение отвращения на его лице.

– Я тоже там была, – сказала я, накалывая на вилку очередную макаронину. К счастью, порция оказалась огромной. Так что мне не пришлось испытывать угрызения совести за то, что я съела обед Доун.

– Да, и я тоже! – яро кивнула девушка на другом конце стола. – Но малышка показалась мне очень милой.

– Я был у парня, который заявил, что не будет спать со мной, если я перееду, – рассказал юноша, которого звали Скотт. По крайней мере я так думала.

– Неужели ты этого хотел? – спросила я.

– О, на сто процентов! – простонал он и восхищенно закатил глаза. – Красавчик, вот что я вам скажу. Татуировки, мышцы и эротический низкий голос… больше всего на свете я хотел въехать туда, только чтобы он рассказывал мне сказки на ночь.

Мы громко рассмеялись.

– С правилом о поцелуях Элли тоже знакома, – подколола Доун.

Я застонала и закатила глаза – впрочем, в отличие от Скотта, скорее раздраженно.

– Подожди. Вы говорите об одном и том же парне? – спросила девушка сбоку от меня и выпрямилась.

Скотт прислушался.

– Если у него есть татуировки и сексуальный голос, такой потрясный, что трусы от одного его звука намокают, то определенно да.

– О, вы, наверно, имеете в виду Кейдена Уайта, – мечтательно произнесла другая девица. Я подавилась макаронами. – Он вверху моего списка.

– Какого списка?

– Если-бы-я-могла-трахнуть-любого-человека-в-мире, – вздохнула она.

Доун и я обменялись удивленными взглядами. Кейден был горяч, никаких сомнений. Но если бы я могла выбрать любого мужчину в мире, то наверняка бы взяла кого-нибудь другого. Например, Тео Джеймса. Ням.

– Тогда тебе следует положиться на Элли, потому что она живет с ним.

Девушка присвистнула, а Скотт мечтательно вздохнул. Он подпер рукой подбородок и заметил:

– Аллилуйя, дорогая. Не могу поверить, что ты все еще здесь, а не сидишь на нем верхом.

– Ты можешь познакомить меня с ним? – с надеждой спросила девушка.

– Откуда вы вообще его знаете? Я о том, что живу с ним всего несколько дней и, очевидно, ничего не заметила, – весело произнесла я. – Думаю, что наняла не тех информаторов.

– Кейден – один из красавчиков. Как Спенсер Косгроув, – пояснила другая девушка слева от меня.

– Спенсер? – Доун громко рассмеялась, но тут же затихла, когда на нее злобно посмотрели.

– Да, есть здесь красавчики, – произнес Скотт. Теперь началось обсуждение того, кто был самым горячим парнем в кампусе. Некоторые поставили на Кейдена. К счастью, вскоре тема сменилась, и разговор развился в другом направлении. У меня не было особого желания тащить кого-то домой или раздавать номер телефона Кейдена одичавшим первокурсницам…

Хотя…

Я посмотрела на девушку с мечтательным взглядом.

И широко улыбнулась.

Когда позже я шла на последнюю лекцию, мой телефон завибрировал в кармане. Я на ходу достала его.

«Какого черта ты делаешь?» — высветилось на дисплее.

«Это был мой стир-фрай, придурок».

После обеда я подмигнула одной первокурснице и дала ей номер Кейдена. Повредить это не могло, возможно, эти двое найдут общий язык. Возможно, – и я думала, что более вероятно, – Кейден с ума сойдет от того, что я дала его телефон.