Она поджала губы, но взгляд не утратил решимости.

— Всё равно не пущу одного.

— Ладно, ладно, — сдался я. — Идём вместе.

Мы перешли через дорогу, по освещённой улице направились в сторону центра.

— Так куда идём? — Лика первой прервала молчание.

— На кладбище, — отозвался я. И поймал удивлённый взгляд девушки.

— А что мы там забыли?

— Хочу кое-что проверить. Когда я умер, мне привиделись могилы родителей, и там была надпись. Интересно, есть ли такая же в реальности.

— Ты не был там?

— Был, — со вздохом ответил я. — Но при воспоминании о похоронах память ломается. Что-то странное. И самих родителей толком не помню, хотя был подростком, когда они погибли.

Лика промолчала, но чуть сильнее сжала пальцы. Такая поддержка показалась мне гораздо ценнее тысячи слов.

— Как ты? — спросил я, когда мы выбрались в сквер. Деревья обступили слева и справа, а тусклые фонари слабо освещали дорожку. Лика мягко улыбнулась.

— Нормально. Хотя, конечно, произошедшее у торгового центра с трудом укладывается в голове. Столько трупов… И та девочка — я помню её взгляд. У людей такого не бывает.

— Инициация творит страшные вещи, — заметил я. — Тем более, она потеряла маму из-за действий тех пацанов. Тот, с молниями, не очнулся?

— Пока нет, — Лика покачала головой. — Но по словам очевидцев, оба сначала ругались, громко, на весь этаж. Потом стали драться. После — вспышка, взрыв, паника. У них не было коконов, или же процесс накопления энергии оказался сокращён до минимума. Это отличается от всех пробудившихся, что были раньше! С такой скоростью можно наплодить целую армию подобных.

— Можно, — произнёс я, обдумывая. Если кокон раньше служил защитой и позволял скопить достаточно энергии для выживания, то откуда они берут её теперь? Или источник сам любезно открывает доступ? Надо изучать вблизи, гадать смысла нет. Но тенденция удручает. По возвращении обязательно поговорю с Альтаром.

— Что у вас с Валиком? — спросил я, когда сквер закончился и мы пошли вдоль дороги, ведущей к кладбищу.

— Ничего, — фыркнула девушка. — Он надеется, что всё будет, ревнует, отгоняет других парней. Сперва это действовало на нервы, потом я привыкла. Всё равно в корпусе нет времени на отношения.

— Зачем ты вообще туда пошла? С твоей внешностью спокойно можно работать моделью и бед не знать.

Лика наморщила нос.

— Фи! Какой интерес в том, чтобы кривляться перед камерой? Я хотела помогать людям. И с детства занималась спортом, чтобы быть крепкой и здоровой. Думала пойти в медицинский. Или в армию. Но меня позвали в корпус. Пара лет интенсивной учёбы — и вот я выполняю разные задания.

Я молча кивнул. Да, история банальная. Но говоря о желании помогать людям, Лика была совершенно искренна, и это подкупало. Мне казалось, в нашем мире мало осталось тех, кто способен на самопожертвование. Особенно среди красивых девушек.

Моё мнение о ней изрядно выросло.

— Ну а ты? — Лика лукаво посмотрела на меня. — Какие у тебя были цели в жизни?

Я пожал плечами.

— Да фиг знает. Никаких, наверное. Закончить учёбу, найти хлебное место, обзавестись хатой, девушкой, семью создать. И жить до старости, получая копейки, но радуясь каждому дню. Самозабвенно.

— Что-то изменилось? — она чуть наклонила голову набок, разглядывая меня. Я почувствовал, что почему-то ответ на этот вопрос для неё очень важен.

— Конечно. Я ведь обрёл силы, способные помочь людям, — мои губы тронула лёгкая улыбка. — Ну а теперь, после перерождения, не имею права отсиживаться. Я найду способ запечатать источник магии, чтобы хаос прекратился.

— Я готова тебе в этом помочь, — подмигнула Лика. Я хмыкнул.

— С удовольствием приму вашу помощь, сударыня.

Так, перешучиваясь и делясь впечатлениями, мы добрались до кладбища. Глядя на неровные ряды могилок, я испытал двойственные чувства. С одной стороны, глухую тоску по родителям, с другой же — некий азарт исследователя. Почему-то казалось очень важным посмотреть на их надгробия. Словно память сама давала мне подсказки.

Шагая меж крестов и памятников, я пытался вспомнить, где примерно находятся нужные мне могилы.

— Тяжело было? — робко спросила Лика. Я пожал плечами.

— Наверное, да. Если честно, в то время я был так погружён в себя, что не чувствовал ничего. Только пустоту.

Я даже вздрогнул. Верно, ощущения тогда были схожи с теми, что во мне сейчас. Редкие проблески эмоций и ледяная отстранённость. Очень странно.

Ночь окончательно вступила в свои права, а тепло летнего дня сменилось прохладой. Лика шмыгнула носом и, притянув девушку к себе, я провёл рукой вдоль её плеча. Она замерла, удивлённо глянула на меня.