До университета добирался более двух часов, потому как, не подумав головой, воспользовался наземным маршрутом и закономерно поймал все утренние пробки, какие только возможны. Затем отметился в деканате, подписав пару документов и навестил университетский лазарет. Дежурный физиотерапевт ощупал мою кисть, осмотрел снимки, задал множество вопросов, заполнил мою медкарту и, пожелав полного выздоровления, попросил навестить его через месяц.

Очень хотелось зайти в помещение киберспортивного клуба, но сейчас все студенты на занятиях, и там, соответственно, закрыто. До назначенной встречи, ради которой я сюда, собственно, и приехал, оставалось еще около получаса. Потратил их, забежав в столовую и все же позавтракав. Только успел допить сок, как получил сообщение от сэнсэя, встречи с которым я и ожидал. На мое удивление для разговора он предложил встретиться не в клубном кабинете, а в беседке Славы, которая находилась на малой аллее университетского парка.

– Доброго дня, – как и следует из правил хорошего тона, я как младший поздоровался первым.

– Привет, привет, – Син Янг просто махнул в ответ рукой, тем самым давая понять о неформальном формате предстоящего общения. – Логи принес?

– Пожалуйста, – отдаю ему флешку.

– Руку дай. – Это уже можно сказать ритуал при наших встречах после моей травмы. Тренер учится на физиотерапевта, и я для него еще и учебное пособие. – Медкарту?

Это у него что-то вроде персональной тренировки. Он осматривает меня, делает свои выводы, а затем сверяет их с мнением профессионального врача, которое записано в карте. Так как подобное меня не напрягает, да и привык уже, то спокойно протягиваю ему карту.

Удовлетворенно цокнув языком (видимо, его мнение совпало с осмотром университетского врача) и вернув мне документ, сэнсэй предложил:

– Логи я посмотрю, конечно, но давай сперва на словах.

– За две недели никаких изменений, – несмотря на то, что я готовился сказать именно это, данные слова дались мне нелегко. – Нулевой прогресс…

– То есть наши надежды не оправдались… Жаль. – В его интонациях слышится печаль. Хотя я понимаю, что сокрушается сэнсэй не столько из-за меня, сколько переживает за команду, все равно как-то теплее стало. – Если и через две недели не будет никаких изменений, то… Боюсь…

– Не надо меня жалеть.

– Ты сам уже все понял. – Сэнсэй подкинул флешку в ладони. – Время реакции?

– Сто пятьдесят миллисекунд.

– А было?

– Сто двадцать семь. – Мне все понятно, так как со временем реакции выше ста сорока в киберспорте делать нечего. Не только в БАА, но даже в стратегиях, не упоминая файтингов. Там нижний предел сто двадцать пять, если хочешь достичь реально высоких результатов.

– Все остальное можно поправить, но не это, – он явно потянулся похлопать меня по плечу, но быстро передумал. – Как зубрежка? – Если я вылечу из команды, то единственный мой шанс остаться в университете – подтянуть учебу.

– Тяжело… Очень… – Требования, которые предъявляет ТУНЖ к своим студентам, выше моего потолка.

– Даже за оставшиеся месяцы не выучишь все?

– Выучу. – Это правда, но не вся, и я продолжаю: – Но толку-то, если выучить то, что здесь принято за норму, мне потребуется много месяцев. Как я саму учебу потяну без скидки на «спортивный коэффициент»?

– Что мне в тебе всегда нравилось, это твой здравый разум. – Не думаю, что это комплимент, но на всякий случай вежливо киваю. – Нам тебя не хватает, ты нужен команде.

Вдруг ни с того ни с сего тренер резко сменил тему разговора. Его слова льстят, но как-то это странно, я никогда не был в лучших. Если смотреть объективно, то в команде я середняк. По эффективности болтаюсь между пятым и шестым местом. Заменить меня не просто, но задача явно не из чрезмерно сложных.

– Удивлен? А зря… – он садится на посеребренные перила. – Ты знаешь, как трудно выбить «академку» по травме студенту на спортивной стипендии? Нет, не знаешь. Так я подскажу… – достав из внутреннего кармана куртки электронную сигарету, он затянулся и выпустил белоснежное облако пара. – Это геморрой… Реальный такой геморрой во всю жопу. – Янг никогда не стеснялся в выражениях, особенно в перерывах в матчах, так что я слышал от него слова и похуже. – Не тянешь спорт, не приносишь пользу своей спортивной секции, пинок тебе под зад – вот неофициальная позиция руководства. – Еще затяжка. – За каждую подпись под твоей академкой меня имели все… Вообще все, начиная от секретаря кафедры и заканчивая… – он выпускает дым вертикально вверх, обрывая этим фразу. – Ты думаешь, я бы пошел на такое ради любого из команды? Да я знал вас тогда всего месяц! Так что нет, не пошел бы. Только ради двоих… – сэнсэй по привычке попробовал стряхнуть пепел, но так как в его руках была электронная, а не обычная сигарета, то это, разумеется, не удалось, что немного сбило его с мысли. – Эти двое – Йол и ты. Ты сейчас подумаешь, видимо, что с Йолом-то все понятно: капитан, отличник, да и игрок на грани гениальности. Но ты-то тут причем? – заметив мой кивок, он продолжает: – Поясню… Первое, ты хороший снайпер, реально хороший. А если тебе подтянуть физику, поднять тонус, привести в форму, то ты выйдешь на уровень Мировой Лиги. Другими словами – после упорных тренировок и выложившись на все сто десять. Но не это главное… В тебе есть то, чего нет больше ни у кого в команде. И вот этого не хватает сейчас мне и всем нам. Это и есть второе… Когда все идет не по плану, когда все сыплется, в момент, когда кажется, что уже проиграна партия… – Вновь затяжка. – Ты иногда предлагаешь что-нибудь настолько безумное и нестандартное, и игровой матч переворачивается с ног на голову. Нет, ты не лидер. Задатки в тебе лидерские, конечно, есть, но до того же Йола тебе в этом аспекте как до небес. Но ты мастер нестандартных решений, кризисный менеджер, как говорят на экономической кафедре. Не все твои решения и предложения удаются, но ты способен их генерировать, предлагать. И, что вообще встречается очень редко, ты берешь на себя ответственность за них. Когда я говорил, что ты нужен нам, это не было пустыми словами.

Его монолог был для меня таким неожиданным. Даже не знаю, что сказать ему в ответ. Я, мягко говоря, ошарашен. Всегда считал основным принципом Янга «для тренировочного процесса нужен только кнут, а пряники для слабаков». Вообще не слышал, чтобы он кого-то хвалил. Лучше слово, которое можно было от него услышать: «норма». И никаких «отлично» или «молодцы». У него все просто: выиграли – значит, отыграли нормально, проиграли… Если рядом не было камер, то на нас выливался поток отборных боцманских выражений. Если же велась съемка, то тренер ограничивался одним любимым своим словосочетанием: «киберспортсмены доморощенные!».

– Этот вариант, – поняв, что я никак не буду комментировать его слова, он тыкает мне флешку под нос, – не устраивает никак. Вообще… Ты думал, что будешь делать, если восстановительные процедуры не принесут должного результата? Я не о намерениях перевестись в другой вуз, сброситься с моста, забить на учебу и пойти работать… Думал ли ты, что можно сделать, чтобы все же вернуться в команду? Об этом я тебя сейчас спрашиваю.

– Думал. – Миллион раз думал, разумеется. – Операция. Я узнавал. Если пробиться к действительно хорошему мастеру, то восстановление возможно. Только вот цена подобного восстановления от ста пятидесяти тысяч. Мне это не по карману. Нейрорхирурги-виртуозы стоят дорого, а шанс на полный успех все равно пятьдесят на пятьдесят…