– Когда я здесь жил, там сзади была дверь, которая никогда толком не запиралась, – поведал Декер. – Убийца мог через нее прийти и уйти, а на регистрации никто бы и ухом не повел.

– Я все это проверю. Дверь у Хокинса была заперта, пока ты ее не вскрыл.

– Возможно, убийцу он впустил, – рассудила Джеймисон. – А при выходе эти двери закрываются автоматически. Время смерти?

– Примерно между одиннадцатью и полуночью.

Декер взглянул на часы.

– Получается, мы не так уж сильно с ними разминулись. А если б мы сначала пришли сюда, а не к Ричардсам?

– Задним умом ты крепок однозначно, – похвалила Ланкастер.

– Декер?

Он обернулся; у дверей стояла женщина в синем комбезе и бахилах – один из рядовых экспертов на месте преступления. Лет за тридцать, долговязая, с рыжей гривой и россыпью веснушек на лице.

– Келли Фейрвезер? – определил он.

– Ого, помнишь? – улыбчиво удивилась она.

– Можно сказать, забыть не могу, – сказал Декер без тени иронии.

Фейрвезер кивком указала на мертвеца:

– А я его помню.

– Еще бы, – подоспела Ланкастер. – Ты ведь работала на месте преступления у Ричардсов?

– Ну да. Мой первый год. Четыре жертвы, из них двое дети. Для меня настоящее боевое крещение. А ты здесь каким боком, Декер?

– Да так. Просто пытаюсь во все вникнуть.

– А. Ну вникай. Лично я всегда считала, что Хокинсу не мешало бы рано или поздно получить за содеянное. Но не в таком, конечно, виде.

– Да уж, конечно, – льдисто усмехнулась Ланкастер.

Фейрвезер восприняла это как вежливый призыв заткнуться и шагать дальше.

– Ладно, Декер. Приятно было пересечься.

Когда она отошла, Декер приблизился и встал непосредственно перед мертвецом, который все еще сидел как статуя. Сюда же подошли Ланкастер с Джеймисон.

– Итак, стрелок подходит к Хокинсу, который сидит в этом кресле, приставляет пистолет к его лбу и жмет на курок. – Он огляделся по сторонам. – И никаких следов борьбы?

– Может, он спал, – неуверенно предположила Ланкастер.

– Впустив гостя, старикан садится в кресло и засыпает? – усмехнулась Джеймисон.

– Он нам говорил, что принимает наркотики, – сказал Декер. – Вы их не нашли?

Ланкастер покачала головой.

– Ни здесь, ни в ванной ничего нет. Ни оберток, ни пустых пузырьков из-под таблеток. Только сумка с одеждой да несколько долларов в бумажнике. Экспертиза покажет, было ли что-нибудь у него в организме.

Декер снова оглядел комнату, цепко вбирая памятью каждую деталь. Он уже проделывал это, но решил сделать еще раз. Последнее время память несколько раз его подводила, и не хотелось рисковать, чтобы что-нибудь оказалось упущенным. Лучше сделать, так сказать, повторный снимок.

Желтушную кожу Хокинса подернуло бледностью – типичная картина при остановке кровотока. По крайней мере, рак его больше не донимал; со смертью он сразу же перестал разъедать ему внутренности. Если откровенно, то быстрая пуля предпочтительней медленной, мучительной кончины. Но все равно убийство есть убийство.

– Итак, мотивы и возможные подозреваемые? – задала вопрос Ланкастер.

– Не хочу быть банальным, но Сьюзан Ричардс все еще живет в этой округе? – спросил Декер.

– Ну, а где ж еще.

– Тогда я бы начал с этого, – сказал Декер.

Ланкастер взглянула на часы.

– Я распоряжусь, чтобы ее доставили в участок. Опросить ее мы можем там.

– Вы нас тоже хотите к этому привлечь? – насторожилась Джеймисон.

– А что, раз уж взялись, – невозмутимо сказала Ланкастер.

– Так у нас самих работы невпроворот, – завибрировала Джеймисон. – Иногда до ночи сидим.

– Ничего, я позвоню Богарту, – не очень уверенно сказал Декер.

Росс Богарт, опытный агент ФБР, возглавлял их компактную опергруппу.

– Ты что, действительно думаешь окунуться в это с головой? – осторожно спросила Джеймисон.

– А у меня, по-твоему, есть выбор? – вздохнул Декер.

– Выбор есть всегда, – сказала Ланкастер, знающе глядя на Декера.

– Мне кажется, я о нем догадываюсь, – поджав губы, произнесла Джеймисон. – Декер, ты хорошо подумал? Надо как-то расставить приоритеты.

Он указал на труп и с нажимом сказал:

– Вот мой приоритет. Этот человек полуживой приезжает в город, говорит, что невиновен, и обращается ко мне и Ланкастер, чтобы доказать свою правоту. А тут его кто-то быстренько берет и устраняет.