– Да, но шеф, я просто думаю, что это немного…

– Просто заткнись и принеси кофе, как я тебе сказал!
– затем Шеф повернулся к прекрасной капитанше, сидевшей за столом напротив него.
– Я, очень извиняюсь за нахальный тон моего заместителя в последнее время.

– Извинения не нужны, шеф, - ответила Маджора, и, возможно, стоит отметить, что теперь она была одета не в официальный армейский летний “хаки”, а в настоящую бордовую блузку и черные джинсы “деним”, которые, ну, скажем так, довольно захватывающе акцентировали ее южные полушария.
– Я просто ездила, знакомилась с местностью, и могу добавить, шеф, что у вас здесь прекрасный город.

– Да… спасибо, капитан…

– Пожалуйста, шеф, зовите меня Дана, - предложила она.
– Это совершенно уместно, учитывая, что я не на дежурстве и не в штатной форме.

Шеф чуть не выпрыгнул из своих брюк 60-го размера. Боже ж мой! Она только что попросила меня называть ее по имени! Может быть... может быть, я ей действительно понравился!

– И я должна сказать, - продолжала она, опустив свои прохладные, ясные глаза, - для меня большая честь работать с таким профессиональным и проницательным человеком.

Шеф снова чуть не подпрыгнул.

Однако затем разговор вновь вернулся в деловое русло, поскольку непогрешимая капитанша Маджора продолжила:

– Все это так ненормально, не так ли, шеф? Тридцать мальчиков-подростков и три сотрудника следственного изолятора - все потеряли сознание...

Шеф кивнул.

– И все одновременно.

– Все в одинаковом положении и с обнаженными гениталиями.

– Да, с обнаженными, - вмешался Хэйc, - твердыми, как камни и пульсирующими.

– Хэйc!
– закричал Кинион, - Разве ты не должен был сделать кофе?

– Делаю, босс. Насыпал на фильтр ваше любимое.

– Отлично!

Шеф поймал себя на мысли, что не хотел показаться грубым в глазах капитанши, и он, конечно, желал, чтобы она смогла оценить его профессионализм.

– Но, отвечая на ваш вопрос, капитан… то есть Дана… Я не могу придумать особо много причин, объясняющих, почему эти парни могли отключиться. Может быть, плохая вентерляция, или, ну, если подумать, я помню довольно давно, когда Форт Падуанна еще функционировал, там проводили какие-то полевые учения и, как оказалось, использовали слезоточивый газ, так что он весь взорвался недалеко от города, и наш бойскаутский отряд 469 накрыло в лесу во время ежегодного турслета.

Красивые глаза капитана Маджоры широко раскрылись.

– Какая блестящая и вполне правдоподобная гипотеза, шеф! Мне такое и в голову не пришло!

У Киниона отвисла челюсть. Было замечательно, что она назвала блестящей его мысль, но… Что, чё-ерт возьми, она имеет в виду?

– Что? Вы считаете, что слезоточивый газ может сделать что-то подобное?

– Нет, шеф, не слезоточивый газ, но что, если произошла случайная утечка какого-то военного парализующего вещества, например, триоксида углерода или ДБН? Эти газы могут заставить человека потерять сознание на длительное время, шеф. И, как я упоминала вчера, несмотря на то, что Форт Падуанна больше активно не функционирует, он все еще используется в качестве хранилища для бинарного химического оружия, ожидающего уничтожения. Я бы сказала, что вполне вероятно, у них там есть определенные парализующие вещества, и очень может быть, что какие-то из них утекли в атмосферу.

Естественно, Шеф кивнул в полном согласии.

– Ну, Дана, это именно то, о чем я подумал...

Но с галёрки его освистали.

– Едрён-батон, шеф. Форт Падуанна находится в 30 милях[20] отсюда. Bы что, говорите, что какой-то военный газ блуждал тридцать миль по всяким задворкам и попал точно в чё-ертов Окружной приют для мальчиков? Да скорее «Святые» выиграют Суперкубок…

– Хэйc! Предоставь делать выводы капитану и мне!
– довольно громко посоветовал Шеф.
– И когда, наконец, ты нальешь нам кофе?

Хэйc осторожно подмигнул Шефу.

– Еще чуток, и эта детка закапает, босс.

– На самом деле, шеф, - объявила изысканная капитанша Маджора, взглянув на свои армейские часы, - он сохраняет свойства в течение двадцати двух сотен часов. Мне нужно связаться с командиром бригады, чтобы начать расследование по поводу хранимых в Форте Падуанна боеприпасов. А потом ложиться спать. Рано в кровать, рано вставать - это армия.

– О, да, конечно, - сказал Кинион.

Капитан Маджора поднялась, распространяя аромат своего парфюма, и, когда Шеф также из вежливости встал, чтобы проводить выходящую из комнаты даму, он совершенно случайно взглянул вниз и мельком увидел мягкую белую расщелинку, показавшуюся в верхней части ее блузки.

Шеф внезапно почувствовал, будто у него в штанах находится живая лягушка.

Увидимся утром, шеф. Спокойной ночи, - произнесла Маджора. Затем, бросила быстрый взгляд на Хэйcа.
– Спокойной ночи, рядовой.

– Спо… спо… спокойной ночи, капитан… э-э, Дана, - запинаясь вымолвил Кинион.

Затем капитанша Маджора покинула участок, оставив за собой шлейф из прекрасного аромата своих духов.

– Похоже, у вас кол в штанах, шеф, - хмыкнул Хэйc, стоя у кофеварки.

Кинион быстро сел.