— С тобой время летит незаметно, а мне сегодня на поезд надо.

— Ты окончательно решила в Санкт-Петербурге обосноваться?

— Думаю, да, — ответила она с сожалением и, переведя взгляд на чашку, осторожно добавила. — Хотя, меня там кроме квартиры ничего не держит.

— Выходит, никто тебя там и не ждёт, — заключил Альберт и, взяв её руку в свою, предложил. — Давай ещё посидим здесь?

— А поезд?

— А что поезд? Он едет туда, где некому тебя встречать, и, думаю, за время дороги мысль об этом может стать невыносимой. Все люди остро чувствуют одиночество.

— Наверное, — печально вздохнула Лея, и, пока старалась подобрать соответствующие слова для отказа, её новый знакомый привёл иной аргумент:

— К чему тебе такая дорога, когда её можно сделать приятнее?

— Как?

— Я бы хотел подвезти тебя на машине.

— Ты серьёзно? — ошарашено спросила она. — Это не близкий путь. Да и у меня вещи, кот.

— Раз ты берёшь с собой только то, что способна перевезти самостоятельно, то это прекрасно поместится в багажник. А небольшое приключение… Что же, я думаю это путешествие на двоих нам обоим придётся по вкусу.

— Рисковый ты, — заметила она, и мужчина искренне улыбнулся.

— Есть такое.

— С момента возвращения человечества ты выглядишь чрезмерно задумчивым. Неужели тебя так расстроило, что Его превосходительство отправил человека на Землю заниматься людьми?

— С одной стороны да. Мне бы уже хотелось сделать перерыв в общении с главным смотрителем Питомника, но дело не только в этом.

— Что тебя заботит?

— Дядюшка, — кратко ответил он своей жене.

— Стоило нам переехать в Аджитант, как он прямо-таки перестал покидать твои мысли! Ещё немного, и я начну ревновать, — улыбнулась демонесса, но лицо Аворфиса так и не стало более расслабленным, а потому она села на подлокотник кресла и опустила голову ему на плечо. — Чем снова Его превосходительство так тревожит тебя?

— Каждый раз, когда я пытаюсь понять, что у него в голове, то передо мной открывается всё новая и новая глубина бездны… Скажи, какой может быть достойный путь продления жизни человеку?

— Мне нет смысла высказывать свои предположения, когда ты полон удручающих собственных, — она начала поглаживать его тело. — На каком варианте ты остановился?

— А что, если он решил заключить с ней союз?

Рука демонессы резко замерла, и она натянуто улыбнулась.

— Такое превышает даже его неординарность!

Увы, скажи супруга свои слова до того, как он принял должность заместителя наместника Аджитанта, то Аворфис уже бы и расслабился, но… ему-то было предельно ясно, что тогда нынешние думы ему бы вообще жить не мешали!

Так получилось, что со своим единственным родственником по матери барон не имел возможности встретиться с самых юных лет аж до момента признания взрослым. Его бабушка категорично пресекла любое вероятное общение между ними, да и сама не стремилась мало-мальски видеться с «позором всех Высших». Маленькому барону доставались лишь сухие факты и досужие нелицеприятные сплетни о жизни виконта. И, стоит сказать, они так и не смогли настроить племянника против дяди. А там Аворфис поступил на службу в канцелярию. Однако в его намерения не входила протекция Хранителя летописей и Главы архивов, а потому общества Ал’Берита он старательно избегал, рассчитывая сначала проявить себя самостоятельно. Собственно, так оно и вышло. Предложение занять должность заместителя в столь юном возрасте не вызвало скользких пересуд, и Аворфис ощутил гордость за собственную карьеру. Но, пожалуй, на этом ощущении и стоило остановиться. Не надо было ничего менять! Определённо, не надо! Но, как говорится, дело оказалось сделано и возвращаться обратно в канцелярию стало бы как-то унизительно. Тем более, что со своими обязанности он действительно справлялся. Давил только непомерный, никак и не думающий исчезать, нависший над ним свет безумия родственника.

Раздался стук в дверь.

— Да, входите.

Демонесса благоразумно соскользнула с кресла и, не привлекая к себе внимания, отошла к стене. В кабинете своего мужа она бывала часто. Свободного времени Аворфиса являлось недостаточно, чтобы она могла удовлетворить свою потребность в его обществе. И обычно её присутствие Отртхольда никак не смущало, однако на этот раз взгляд Стража приобрёл недовольный оттенок.

— Господин Аворфис, я бы желал переговорить с вами наедине и незамедлительно.

— Разумеется.

Второй заместитель не стал просить супругу удалиться, а создал вокруг себя и главы подразделения тайной охраны магическую сферу. Теперь постороннему наблюдателю не удалось бы ничего увидеть или услышать.

— Дело какого уровня привело вас ко мне?

— Мне достаточно сложно отнести его к какой-либо категории, — после очевидной внутренней сумятицы ответил Отртхольд, — но оно крайне срочное.

— Всё равно изложите суть последовательно.

— Сначала мне донесли известие о… состоянии госпожи Пелагеи. А вслед за этим и факт о том, что Его высокопревосходительство Дзэпар, получивший ту же информацию, отбыл на Землю вслед за повелителем в исключительном гневе. Зал, где он принимал докладчика, во всяком случае больше не существует. Вероятно, для некоторого усмирения своего недовольства Его высокопревосходительство предпочёл уничтожить существенную часть замка. Но я бы всё равно ожидал вызова на дуэль. И, полагаю, в ваших интересах либо опередить его в этих намерениях, либо остановить.