Кей повернулся, ища взглядом Саваса, но лехит был уже рядом. Усы возбужденно топорщились, щеки налились краской.

– Вперед!

Кнеж оскалился и махнул рукой. Солнце блеснуло на стальных крыльях. Гурсары мчались на врага – неодолимые, беспощадные, как сама смерть. Бой кончался. Харпы бросали копья, строй распался, уцелевшие бежали прочь, но сотня Хоржака уже вскакивала в седла, готовясь догонять. Велегост отвернулся – теперь действительно все…

Пленных не было. В горячке боя зарубили всех – даже раненых. Кметы пересмеивались, вытирали окровавленные мечи, водили по кругу запаренных лошадей. Можно было двигаться дальше, но Кей внезапно почувствовал тревогу. Нет, что-то не так! Какой смысл бросать людей под конские копыта? Не безумец же Беркут!

– Умные люди!

Велегост вздрогнул, узнав голос Чемера. Он оглянулся – на лице улеба играла снисходительная улыбка.

– Умные?

Сын Кошика пожал плечами:

– Этот старик… Беркут, кажется? Он так трогательно пытается не пустить нас в долину! Я чуть было не поверил!

Велегост удивился, но вдруг понял – улеб прав. Пустая дорога может вызвать подозрения, и Беркут послал на верную смерть сотни своих «легеней»…

– Не забывай про гору, Кей!

Велегост вновь удивился, но тут же вспомнил. Гора Верла, на которую можно подняться по козьей тропе. Подняться – но не спуститься…

Верлу увидели уже в сумерках. Долина стала уже, впереди показались высокие скалы, за которыми начиналось ущелье. Гора возвышалась слева, огромная, покрытая густым темно-зеленым лесом. Внизу, под горой, была Духла, невидимая из долины, но уже близкая – протяни руку, достанешь!

Велегост не спешил, приказав разбивать лагерь и выставить усиленную стражу. Их ждали. Над одной из скал вспыхнул огонек дальнего костра, к темнеющему небу взвился столб черного дыма. Разговоры и шутки стихли, кметы осторожно оглядывались, но вокруг было по-прежнему пусто.

Наступала ночь – прохладная, тихая, но спать не ложились. Костры горели, однако никто не сидел возле них. Велегост приказал зажечь огней с запасом, чтобы невидимые лазутчики сбились со счету. Хитрость старая, но верная. Теперь Беркут трижды подумает, прежде чем попытаться напасть!

Узкий серп молодой луны стоял уже высоко, когда Кей приказал воеводам собраться у шатра. Костра не зажигали. Свет нужен для мапы, но мапа уже не требовалась. Все и так рядом – ущелье, Духла, гора…

– Духла рядом, – Кей кивнул в сторону невидимых в темноте скал. – Что будем делать?

Молчание длилось недолго. Послышалось знакомое «Хе!».

– Как рассветет, конницу вперед, Кей! Через час будем там! – в голосе Хоржака звенело нетерпение. – На дороге они нас не остановят!

– Пошли моих гурсаров! – прогудел Савас. – А то хлопцы уже скучают! Порубим песью кровь!

Остальные молчали. Кей услышал, как рядом вздохнула Танэла.

– Все согласны?

Он ждал, что отзовется Чемер, но улеб промолчал. Похоже, сын Кошика не спешил откровенничать перед остальными. Велегост вновь поглядел в сторону ущелья. Где-то там – Духла. Наверно, Беркут тоже не спит в эту ночь. Что задумал хитрый старик? Хоржак, Савас, Ворожко, да и остальные уже поверили в легкую победу. Внезапно Велегост вспомнил Стану. Может быть, девушка где-то там, у обрыва, и тоже смотрит сейчас в темноту. Рука невольно коснулась лица, и Кей вздохнул. Ничего не изменилось. Похоже, Лоэн все же ошибся.

– Сделаем так. Войско делится на три части. Я беру с собой четыре сотни и иду прямо на Духлу, по ущелью…

Четыре сотни. «Четыре десятых войска». Именно так советовал ему улеб.

– Две сотни поднимаются на гору. Их поведешь ты, Хоржак.

Ответом был недоуменный вздох.

– Выступишь за два часа до рассвета. Ворожко даст тебе проводников. Возьмешь с собой полусотника Чемера…

– Мне нужно двадцать человек, – быстро проговорил улеб. – Нужно перенести… кое-что.

«Кое-что»! Странные деревянные дощечки и куски кожи везли на трех повозках. Интересно, что все-таки задумал этот хитрый парень?

– Кей! – теперь в голосе Хоржака слышалась тревога. – Но зачем? Что я буду делать на горе?

– Ждать. Ждать – и смотреть. Если я возьму Духлу – возвращайся. Если нет… Если что-то случится – ждешь до ночи. Ночью спустишься вниз и атакуешь Духлу. Там отвесный склон, спуститься нельзя, но ты спустишься. Когда будешь готов, подашь знак – три костра – или пришлешь гонца…

И вновь все недоуменно молчали, но в этом молчании уже ощущалась тревога.

– Хорошо, Кей, – негромко вздохнул сотник. – Если что-то случится, ночью я буду в Духле.

– Ты, кнеж, останешься с четырьмя сотнями здесь. Прикроешь, если попытаются ударить в тыл. Все остальное скажет тебе Кейна Танэла. Будешь выполнять ее приказы. Со мной пойдет Ворожко и его люди. Вопросы?

Никто ни о чем не спросил. Велегост встал, коротко кивнул и повернулся, чтобы уйти.

– Если Кей позволит…

Чемер оглянулся, быстро шагнул вперед:

– Прошу прощения, Кей, но в ущелье должен пойти кто-то другой. Прикажи ему надеть твой плащ…

Улеб не говорил – шептал, и Велегост внезапно стало смешно: