Имя конкретно этого я знала – Кристоф. Он был одет в обыкновенные джинсы и черную толстовку с капюшоном, небрежно накинутым на голову. Вот только мало кто смотрелся в такой обыденной одежде лучше. Говорят, одежда красит человека; в данном случае – он красил одежду. Зеленые глаза прожигали меня любопытным взглядом, будто я была букашкой, неожиданно преградившей путь, но сумевшей привлечь его внимание.

– Мило, – отчеканил он и ухмыльнулся. Я не поняла, к чему именно были эти слова, однако его оценивающий с ног до головы взгляд мне не понравился.

– Я бы так не сказала, – поджав губы, собиралась развернуться и наконец, добежать по коридору к нужному кабинету, когда его рука задержала меня, заставив снова посмотреть в его сторону.

В чем дело? Никто никогда не поворачивался к нему спиной? Я закатила глаза от собственных мыслей, он это заметил и ухмыльнулся еще сильнее.

– Ты будешь на завтрашней вечеринке? – кто бы мог подумать, что сегодняшний день примет такой поворот. Если бы у меня до сих пор оставались подруги, уже представлялась зависть в их глазах. Но поскольку их нет, то и вести себя как дура ради того, чтобы потом посплетничать, я не собиралась.

– Возможно, – было трудно оставаться равнодушной под его тяжелым взглядом, но я держалась изо всех сил.

– Если будешь, найди меня, – он подмигнул и нагло облизал губы. Меня нервировала такая самоуверенность. Может я и выглядела, как любая другая девчонка, и все же во мне было больше гордости, чем у некоторых в этой школе!

– Это вряд ли, – я сымитировала его приторную ухмылочку и выдернула руку из чужой хватки.

– Как тебя зовут? – догнал меня вопрос в спину. Я колебалась несколько секунд, прежде чем ответить. Обычно я не была грубой, и тем более внимание старшеклассника было приятным. И все же что-то в этом взгляде, будто все на свете по праву принадлежит ему, разжигало во мне злость.

– Если выяснишь, это ты найди меня, – уголки губ сами поднялись вверх от возможности осадить одного из Инфилов. Хотя и понимала, что могу пожалеть. Кто я, а кто он в этой школе? Я могла презирать эту иерархию, однако не подчиняться ей была не в состоянии, ведь что такое один против толпы. Однако глупое желание поставить на место того, кто привык быть на вершине, затуманивало мысли. Приятно иногда для разнообразия почувствовать власть в своих руках.

Но все же я не ожидала услышать в ответ сладкий, как воздушная вата, смех. Приказывая сердцу не биться так бешено, старалась не поддаться очарованию этого звука. Никогда раньше не слышала, чтобы так смеялись. Было в этом звуке что-то иронично-сладкое. Бывает вообще такое сочетание?

– Это уже интересно, – он засунул руку за ухо и вальяжно вытащил оттуда сигарету. Парень сделал это так спокойно, будто ни разу в жизни и не слышал о том, что в помещении школы курить запрещено.

– Я часто слышу это в свой адрес. – Черт, Ева, закрой рот. Зачем ты это делаешь? Ты давно должна была развернуться и пойти на испанский.

Эта мысль заставила меня очнуться. Я стремительно скрылась за угол и открыла дверь кабинета.

– Извините, – пробормотала, и как можно незаметней побежала к своему месту, пока миссис Мунис не успела меня выгнать обратно.

– Вижу, ты настолько уверена в своих знаниях, что даже не побоялась опоздать. Что ж, сейчас проверим, – передо мной возник лист с тестом и возмущенный взгляд учительницы. Я коротко кивнула и сделала вид, что полностью поглощена заданием.

На самом деле же пыталась успокоить дыхание, которое сбилось не от бега, а от собственной дерзости. Я не была слепой, поэтому знала, что только что произошло. Я флиртовала с Инфилом. Да что со мной?

Я не могла делать вид, будто меня не волновали эти парни. Как и любую девушку, только что перешедшую в старшую школу, симпатичные выпускники заставляли мое сердце биться сильнее. Они как дорогущий номер в гостинице, в котором каждый мечтает побывать, но почти никто не остается жить навсегда. Никогда раньше я не ставила себе цели в действительности оказаться в радиусе видимости одного из них. Ведь у меня был Ноа. У нас были отношения, которые дарили мне удовольствие, веселье и чувство того, что я кому-то нужна. И это все, что мне требовалось. Разве в семнадцать нужно что-то еще?

Но только сейчас осознала, что никогда не видела Инфилов так близко. Может быть, никогда и не стремилась к этому, боясь попасть в ту же ловушку, что и другие. Я понимала, почему все девушки хотели оказаться рядом с ними. Ну, или хотя бы с одним из них. Этот Кристоф был действительно красив. Эстетически притягивающее лицо с точеными линиями и изгибами. И даже его волосы, цвета зрелых каштанов, не смотрелись тускло или блекло. Если бы мы жили в прошлые столетия, такое лицо с большим рвением писали бы известные живописцы, поскольку оно было из тех, на которые можно любоваться годами. Я не собиралась отрицать очевидное, однако быть пойманной в ловушку красивой внешности никогда не стремилась. Мне не нужно было общаться с Инфилами, чтобы понимать какие они.

Девушки, побывавшие в постели одного из них, вносились в специальный список «помеченных», и мне казалось это отвратительным. Я не имела ничего против веселья и раскрепощенности на вечеринках, ведь мы подростки. Это даже не наша вина: все объяснялось на биологическом уровне. Власть над разумом брали гормоны. И даже то, что они меняли пассий как перчатки, было делом обычным. Ведь большинство девушек сами этого хотят. Нельзя ожидать, что парни будут отказываться от того, что само падает им в руки. Но эта грубая насмешка над теми, кто попадает в их сети – вот что заставляло меня злиться на самом деле. Не обязательно быть такими высокомерными и заносчивыми с теми, кто отдает тебе тело, а иногда и сердце, даже если и на одну ночь. А чаще, куда на более долгий срок в своих мечтах.