Глядя на мечи Шенды, Януэль размышлял о том, что эта точка зрения не всегда верна, она годится лишь для тех, кто защищен стенами Башни. После того что произошло в имперской крепости, любой встречный солдат мог применить к нему силу. К тому же Януэль не мог больше рассчитывать на Феникса, который ни на что не реагировал, затаившись в своем убежище. Юноша понимал, что ему необходимо примирить свое беспредельное благоговение перед жизнью с жестокой реальностью: человек, за которым охотилась вся империя, должен был уметь драться. Януэль спрашивал себя: одобрил бы наставник Фарель его решение? Ему казалось, что да, потому что для старого фениксийца, несомненно, важнее всего было, чтобы его ученик добрался живым и невредимым до материнской лиги в Альдаранше. Он пообещал себе, что с наступлением утра попросит Шенду помочь ему вспомнить, как держать оружие.

На восходе солнца они расположились в тополиной роще, через которую протекала речка. Пока лошади утоляли жажду, они принялись сооружать шалаш между двумя сходящимися стволами деревьев. Из зеленых веток Януэль соорудил навес, который худо-бедно мог защитить их от дождя. Они заползли внутрь этого жалкого убежища и молча утолили голод несколькими ломтиками свиного сала.

– Я жду не дождусь, когда наконец удастся поесть нормальной пищи, призналась Шенда.
– Хочется съесть чего-нибудь горячего, сидя у камина.

– Я сделаю все, чтобы тебя хорошо приняли в Башне.

– Если я решу там задержаться, Януэль.

– То есть как?

– Мое задание заключается в том, чтобы защищать тебя, пока ты не доберешься до пункта назначения. У мэтров Огня ты будешь в хороших руках.

Неуверенно посмотрев на нее, юный фениксиец сказал:

– Я хотел попросить тебя об одной услуге.

– Конечно, говори.

– Я хотел бы, чтобы ты научила меня нескольким боевым приемам.

– Тебя?

– Да, меня.

Жир от сала блестел на ее губах, и Януэль почувствовал тошноту. В тесноте шалаша они были вынуждены сидеть лицом к лицу, при этом их колени практически соприкасались.

– Даже не знаю, - ответила она, ухмыльнувшись.
– Ты когда-нибудь держал в руках меч?

– Да. И не однажды.

Она слегка наклонила голову:

– А что было с тобой до того, как ты попал в Седению? Чем ты занимался?

– Я путешествовал с моей матерью.

– Ну и что?
– спросила она, разводя руками.
– Это не ответ.

– Придется тебе довольствоваться этим.

Она пожала плечами и улыбнулась:

– Хорошо. У меня тоже есть тайны, и я уважаю твои. Только скажи мне, чему тебе удалось научиться?

– Орудовать мечом.

– Еще чему-нибудь?

– Я умею стрелять из арбалета, прикрываться щитом... И еще обращаться со многими другими видами оружия.

Шенда одобрительно кивнула:

– Впечатляюще.
– Она бросила взгляд на лошадей, провела рукой по волосам и добавила: - Послушай, я не против, но тебе не кажется, что сейчас не самый подходящий момент?

– Лучшего случая может и не представиться. Мне необходимо уметь защищаться.

– Хорошо. Но чудес я тебе не обещаю, и, главное, я не хочу здесь задерживаться. Идет?

– Да, - улыбнулся Януэль.

– Ладно. Идем со мной.

Она вывела его наружу. Первые желтоватые проблески рассвета освещали тополя.

– Вот, лови!
– Она бросила ему один из своих мечей. Он поймал его за эфес и поднял перед собой. Она дала ему тот, что был длиннее, тот, которым она убивала. Януэль еще ни разу не держал его. Он взвесил его в руках и отметил, что он превосходно сбалансирован.

– Нужно будет найти тебе другой меч, - сказала Шенда, выхватывая из ножен второй.
– Иначе ты рискуешь приобрести дурные навыки. Когда дерутся мечом-Единорогом, то наносят удар на поражение только его острым концом.

Оправленный в металл, рог Хранителя был гораздо толще лезвия рапиры и тяжелее.

– Некоторые держат его двумя руками, - продолжала она.
– Но не я. Я предпочитаю приемы отражения удара, которым меня научили ликорнийцы.
– Она повертела свободной рукой.
– Я тренировалась многие месяцы, пока у меня не стало получаться. Бой с оружием в обеих руках требует постоянного напряжения мышц. Но сейчас забудь о том, что это меч-Единорог, и покажи, на что ты способен.

У Януэля перехватило дыхание, он крепко сжал меч двумя руками. Это движение вернуло его в прошлое, от которого он полностью отрешился на протяжении последних трех лет. Он снова увидел множество фигур и лиц, связанных с его детством и войной. Но явственнее всего перед его взором предстал капитан Фалькен, и когда юноша размахнулся, чтобы нанести удар, он неосознанно воспроизвел его манеру боя.

Шенда стояла, прислонившись к тополю, и с любопытством наблюдала за движениями Януэля. Под проливным дождем он описывал круги, нанося удары воображаемому противнику. Ему явно недоставало тренировки, но юноша, похоже, знал, что к чему. Она еще немного посмотрела и крикнула: