— Козу рогатую в матери ребятам!

Город сходу поражал. Огромный летающий остров с громоздкими разнообразными постройками на нем. Не было видно ни одного свободного клочка травы или земли, все застроено. Причем, застроено было плотно и весьма несуразно. Первые два этажа могут быть из камня, в стиле средневековых замков, следующие три — из кирпича, как обычная дача, а последние три — из дерева, как сруб в лесу. И таких домов было полно, а цвет и отделка каждого отличались кардинально. Стены из фиолетовых сложенных друг на друга колод — пожалуйста, балкон в виде огромного крыла летучей мыши — имеется.

— А куда тут приземляться? — недоуменно спросил я, так как мы уже облетели город по кругу, но какой-либо большой площадки я не заметил.

— Вон туда, к самому краю, где изба зеленого цвета.

И действительно, нашлась такая. Ядрено-зеленая изба, мать её так, на куриных ногах.

— Это чо, Бабы-яги хата?

— Ага, тут почти каждый четвертый — фанат русских сказок! — как-то даже немного восторженно выкрикнул синявый.

Возле этой махины на настоящих двухметровых куриных ногах была небольшая устланная паркетом площадка, на которой скучающе покуривал трубку зеленобородый старец в зеленой мантии. Над его головой висела синяя надпись «Думатель».

— Чо, прям сюда?

— Да. Прям на площадку.

— Ну смотри, если чо, ты виноват, сам с Думателем разбираться будешь.

— Банить надо за такие ники, — понуро прокомментировал Андрюха имя персонажа.

Я, как мог, аккуратно приземлил Черныша на паркет и ловко спрыгнул с его спины.

— Золотой, — сразу же сказал мне зеленобородый старец.

— Чо, золотой?

— Хранение летающего маунта — один золотой, деньги вперед.

— Сырую печень тебе в тарелку, а не много ты просишь, зелень старческая, а?

— У меня тут монополия на это дело, так что выбора у тебя особо и нет, — меланхолично ответил дед, даже глазом не моргнув.

— Да заплати ты ему, — нервно произнес Андрий, опустившись на пол. На его лице читалось явное облегчение, что он наконец ступил на твердую землю.

Рорик-ребенок жалостливо смотрел на синявого и ручками показывал, что ему нужна помощь, чтобы слезть, но Андрюха потупил взгляд и не обращал на попытки пацанёнка никакого внимания.

— Ну и ладно! — прохрипел Рорик, превратился в свою обычную красномордую ипостась и спрыгнул с Черныша. — Чего застыли?

— Ладно, держи.

Я достал из сумки кошель и подкинул золотую монету. Дед поймал деньгу и невозмутимо хлопнул два раза в ладоши. Изба сзади него села на корточки и из дверного проёма вышла старая горбатая бабка с огромным кривым носом, ну точно, вылитая Баба-яга. Еще и имя над головой: «Костяная нога».

Тем временем старец подошел к Чернышу, закрыл глаза и протянул к нему руку. Как только пальцы дотронулись до головы животинки, то она тут же уменьшилась до размера мыши и Думатель взял уменьшенного пегазона в руку.

— По истечении суток хранение маунта производится почасово — один серебряный в час, — произнес дед через плечо, передавая Черныша Бабе-яге, та следом положила мою летающую животину в деревянную коробку и исчезла в недрах избы.

— Ну-с, местяк вроде зачётный, предлагаю начать с пары рюмок чего-нить забористого, — воодушевленно сказал Рорик, с интересом озираясь по сторонам.

— Поддерживаю! — радостно выкрикнул я.

— Я не пью, — прогундел синявый.

— Андрюха! Сегодня надо! А еще, так как ты знаешь здешние места, то давай, веди нас в какой-то хороший гэндель.

— Чего?

— Андрюха, ты чо, слов таких не знаешь? Ну в харчевню какую-то, где можно вкусно и сытно выпить.

Рорик довольно заржал, а синяк пошел вглубь улицы, которая была утыкана странными и несуразными домишками. Народ здесь тоже был весьма разномастный, хотя, как, в принципе, и в Освограде. Уже вроде как и привык ко всем этим рогам, хвостам, панцырям, фиолетовым оттенкам кожи и прочим диковинам. Может и себе какую-нибудь гриву красную заделать? Или шипы на плечах. Ну а че, всем можно, а мне нельзя?

Мы остановились возле двери, которая была сделана по типу тех, что стояли в наливайках для ковбоев, то есть двустворчатая, закрывающая только центр прохода и открывающаяся с пинка.

«Первая пьяльня в Прибежище» — красовалось название над входом, буквы которого были сделаны из уже знатно проржавевшего металла.

— Это место открыли три игрока, которые в реальной жизни — бармены, а здесь, так как полная свобода и разнообразие, решили делать необычные настойки и сделать это фишкой заведения.