Когда с едой было покончено, девушки вывели Мерена на улицу, где из глубокого пруда бил искристый фонтан. Обе скинули легкие одежды и нагишом прыгнули в воду. Заметив, что Мерен замешкался, Астрата вылезла и направилась к нему; ее намокшие волосы облепили тело. Она со смехом стянула с путника тунику и потянула за собой к пруду. Ву Лю пришла ей на помощь; совместными усилиями затащив его в воду, девушки принялись шалить и плескаться. Вскоре, забыв о смущении, Мерен присоединился к забаве. Астрата вымыла ему голову, восхищаясь при этом боевыми шрамами на бугристых мышцах воина. Мерен поражался совершенству тел девушек, прижимавшихся к нему. Руки апсар деловито сновали под поверхностью воды. Общими стараниями возбудив гостя, они восторженно завизжали и, вытащив его из пруда, увлекли в направлении стоящего среди деревьев павильона. Каменный пол устилали ковры и шелковые подушки; проказницы уложили Мерена, еще мокрого после купания, на этот мягкий покров.

– Теперь мы почтим богиню, – сказала ему Ву Лю.

– Как это? – обеспокоился Мерен.

– Не бойся, мы покажем тебе, – заверила Астрата.

Всем своим гладким телом она прильнула к спине мужчины, целуя ему уши и шею, ее живот приятно согревал его ягодицы. Ее руки протянулись дальше, лаская Ву Лю, а та, обвив Мерена руками и ногами, целовала его в губы. Обе девушки явно познали вершины в искусстве любви.

Спустя короткое время все трое словно слились воедино, образовав удивительное существо с шестью руками, шестью ногами и тремя ртами.

Подобно Мерену, Таита проснулся рано. Несмотря на долгое путешествие, ему хватило нескольких часов сна, чтобы восстановить бодрость духа и тела. Когда он сел на тюфяке, в комнату лились лучи зари. Тут он обнаружил, что не один.

На коленях перед матрасом сидела Тансид и улыбалась ему.

– Доброе утро, маг, я принесла тебе еду и питье. Когда подкрепишься, Кашьяп и Самана будут рады встретиться с тобой.

– Кто это такие?

– Кашьяп – наш достопочтенный отец настоятель, Самана – наша достопочтенная мать. Как и ты, оба они – выдающиеся маги.

Самана ожидала гостя в беседке в храмовом саду. Это была миловидная женщина неопределенного возраста в оранжевом одеянии. В густых прядях над ушами встречались серебряные прожилки, а в глазах светилась неизмеримая мудрость. Когда они обнялись, Самана указала Таите на мраморную скамью рядом с собой. Она осведомилась о путешествии, проделанном им к храму. Их беседа продолжалась некоторое время, затем жрица сказала:

– Мы очень рады, что ты успел прийти, чтобы встретиться с настоятелем Кашьяпом. Ему недолго осталось пребывать среди нас. Это он послал за тобой.

– Я знал, что меня позвали в это место, но не знал, кто именно. – Таита кивнул. – Зачем я понадобился ему?

– Он сам скажет, – ответила Самана. – Сейчас мы пойдем к нему.

Женщина встала и взяла мага за руку. Тансид осталась в беседке, и Самана сама повела гостя через лабиринт коридоров и галерей, затем вверх по спиральной лестнице, казавшейся бесконечной. Наконец они оказались в круглой комнатке на вершине самого высокого из минаретов храма. Стены в помещении отсутствовали, и из него со всех сторон открывался вид на зеленые джунгли вплоть до парапета из увенчанных снежными шапками гор, грядой тянувшихся на севере. Посреди комнаты на обложенном подушками матрасе сидел человек.

– Располагайся перед ним, – шепнула Самана. – Он почти совсем глух, поэтому должен видеть твои губы, когда ты говоришь.

Таита сделал как велено, и некоторое время они с Кашьяпом смотрели друг на друга, не говоря ни слова.

Кашьяп был стар. Глаза у него были бледные, выцветшие, десны лишены зубов. Тело старика покрывала кожа сухая и морщинистая, как древний пергамент, а волосы, борода и брови казались прозрачными, как стекло. Руки и голова его тряслись от непроизвольной дрожи.

– Зачем ты послал за мной, маг? – спросил Таита.

– Потому что ты обладаешь добрым разумом. – Голос Кашьяпа звучал не громче шепота.

– Как ты узнал обо мне? – поинтересовался египтянин.

– При твоих магических силах и способностях ты производишь возмущение эфира, ощутимое издалека, – ответил Кашьяп.

– Чего же ты хочешь от меня?

– Ничего и всего, не исключая, возможно, даже твоей жизни.

– Объясни.

– Увы! Для меня уже слишком поздно. Черный тигр смерти подкрадывается ко мне. Я уйду прежде, чем зайдет солнце.

– Важное ли задание хочешь ты поручить мне?

– Важнее не бывает.

– Что мне необходимо сделать? – спросил Таита.

– Я собирался вооружить тебя для предстоящей тебе борьбы, но узнал от апсар, что ты евнух. До твоего прихода сюда я не ведал об этом. У меня нет возможности передать тебе свои знания тем способом, который я собирался использовать.

– Что же это за способ? – поинтересовался египтянин.

– Плотский обмен.

– И опять я не понял.

– Он подразумевал бы половое соитие между нами. Но по причине твоего увечья это невозможно.