Прошагав почти весь парк вдоль и поперёк, мы не могли остановиться и уже начали уплетать наш ужин на ходу, продолжая глазеть на окрестности. Дана бурно реагировала на каждый цветок, листик, загогулинку, тыкая обкусанным сэндвичем в каждый и орала с набитым ртом : «Смотри, Кел, смотри!»

По дороге она вырубилась. Вернее, вырубилась еще на дороге у машины, только что слюни не висели. Я откинул сиденье и, пока доставал плед из багажника, Дана уже упала и спала в позе каракатицы пятой точкой кверху, уткнувшись носом в обивку спинки. Расправив её тело поудобнее, я тут же почувствовал, как мой член спешил выглянуть поздороваться. Дана спит и до завтра вряд ли очнется, поэтому расслабься, дружочек. Обломись.

Подъехав к дому, я перенес спящую красавицу на кровать, разобрал корзину, принял душ. Не топился, нет. Ни разу. Всё будет хорошо – угроза взрыва спит.

Забравшись под простыню, я тут же ощутил на себе теплые нежные руки. Они бродили от подбородка через грудь, живот и обратно. Твою мать. Я напрягся. Он – тоже. Дана начала целовать и посасывать мои соски. Я задымился. Он – тоже. Она прижалась ко мне всем телом. Я не дышал. Он – задыхался.

– Детка. Прости, но у меня нет сил. Долгий день, бессонная ночь – поверь, я сейчас бесполезен в плане секса. Давай отложим, окей?
– врал я очень честно своей девочке, и моя эрекция активно подтверждала, что я балабол, упираясь ей в живот.

Дана замерла, потом резко выдохнула:

– Эмммм…

– Всё хорошо, спи. Просто устал, – и отвернулся от неё, показывая, что разговор закончен.

 Я покажу тебе, нимфоманка, кто тут хозяин.

***

Я вернулся. Домой. Наконец-то. Чертова канитель мега звезды тяготила сегодня сильнее обычного. А все потому, что дома меня ждала пленница. Кем она себя возомнила, когда пришла утром и заявила: я хочу тебя оттрахать до потери сознания. Она ей-богу не понимала, что трахать буду только я. Войдя в темную комнату, я увидел ее в тусклом свечении красного. Она была абсолютно голой и очень тихой.

– Хорошая девочка, - похвалил я ее, слегка касаясь мягких шелково-шоколадных волос. Она не поднимала глаз, - Скучала по мне?

– Да.

– Да, кто?

– Да, Келлан… - о, а это уже повод врезать ей по заднице. Всю жизнь мечтал! Дернув её за волосы, я прошипел:

– Хорошо, что ты помнишь мое имя. Но в этой комнате – я твой Хозяин. Поняла? Я могу с тобой сделать всё, что захочу.

– Так сделай, - дерзко прошипела она.

Что это было? Она нарывается. Чёрт, это круто!.

Я одним движением поднял её и прижал к стене. Моя ладонь влепила первую затрещину ее чудной попке.

– Один.

Дана взвизгнула, за что получила шлепок сильнее.

– Это два. Дальше считаешь ты.

Я погладил, растирая место удара, задевая ее промежность, и опять я впечатал в нее ладонь.

– Три.

Я потерся эрекцией о горящую кожу. Первое наказание можно смешать с удовольствием. Я лизнул ее шею несколько раз, наслаждаясь беспомощностью и явным возбуждением. Одновременно со следующим шлепком я вошел в нее – резко и до конца.

– О, черт!

– Я не знаю такой цифры. Может, мы досчитаем до пяти два раза?

– Четыре.

Я начал двигаться в ней глубокими резкими выпадами, сжимая вкусную попку, потирая клитор. Дана прижалась к стене, и вся дрожала. Она идеальна для меня. Она будет моей всегда. Я не выпущу ее. Здесь я решаю. Здесь я Хозяин.

Я чувствовал, как она сжимается, уже близко. Так быстро.

– Даже не думай кончить сейчас. Или нашу компанию разделит ремень от Марка Джейкобса.

– Да, Хозяин, – провыла девочка.

Я сменил темп на более спокойный, но стал интенсивнее гладить ее бугорок.

– Я…я…не могу, - простонала она.

– Давай, - я сдавил ее клитор и одновременно одарил последним шлепком. Крик оглушил комнату:

– Пять.

Дана так сильно сжала меня внутри, что я подавился воздухом. Долго сам не продержусь. Я не двигался, но ее вкусная попка продолжала тереться. Это, черт подери, невыносимо. Пришлось зафиксировать ее хулиганский зад и самомому контролировать силу и скорость проникновения. Я стал скользить внутри медленно. Ее стоны… такие долгие, такие громкие. Черт, детка, тише. Я ведь… просыпаюсь?

– Твою мать! – заорал я прямо в ухо Дане. Она лежала спиной ко мне – ложечкой. Я был в ней. Я трахал ее во сне и наяву, не просыпаясь.

– Ох, Кел, еще… еще чуть –чуть, - протянула Дана сквозь стоны.

Нет уж дудки. Еще чуть-чуть и я кончу...карьеру Гомо Сапиенса.

Нет!

 Я вскочил с кровати бесцеремонно лишая нас такого близкого оргазма.

– Какого черта? – шипел я сам себе, а точнее - своему паху.

– Немедленно верните свой член туда, где он был, мистер Соммерс – потребовала Дана, посмеиваясь.