Ллэр оторвал взгляд от бумаг.

— Думаю, если бы она не была нам нужна, — он прищурился, ухмыльнулся, — ты бы не захотел узнать, что я думаю. А если серьёзно, Таль — гений, без преувеличения. Гениям не стоит доверять, они эгоисты до мозга костей.

— Так и вижу, как этот гений с группой единомышленников мешает сейчас нашу кровушку, а потом бестелесные ребятки со скалы покажутся детской забавой.

— Будем надеяться, она не настолько гений.

Адан кивнул и снова уставился в окно.

Просто надеяться — слишком мало, но вступать в дискуссию о возможных вариантах развития событий при невидимых свидетелях не хотелось. И так понятно — Таль будет помогать ровно столько, сколько ей необходимо для собственных исследований. Пока она заинтересована в крови доа, можно пытаться манипулировать её действиями, хотя никаких гарантий всё равно никто не даст. Даже на Ллэра и Роми рассчитывать не приходится. Каждый сам за себя.

Но оставалась Мира — на первый взгляд единственное связующее звено между ними. И очень непредсказуемое. Если, конечно, Таль не врёт, утверждая, что понятия не имеет, во что могла превратиться Мира.

Прежнее беспокойство за неё напомнило о себе. Может, для других она и правда всего лишь ценный генетический материал, но для него почти родная теперь. Как сестра, которой никогда не было. Всё-таки зря отпустил её с Роми. Кто знает, что творится сейчас в Тмиоре. Ни за одну из них Адан ручаться бы не стал, и неизвестно, какие метаморфозы могли произойти за то время, пока они с Ллэром торчат в Миере.

— Я, наверное, смотаюсь к вам. В Замок. Найду Миру. Хочу убедиться, что она в порядке. От меня здесь всё равно толку мало. Потом верну… — он не договорил. Сильный спазм сдавил горло.

Ллэр тут же отбросил листы на стол. Будто сам что-то почувствовал.

— Адан, что происходит?

— Без понятия. — Ничего похожего на то, что было на скале. Не задыхается, но будто в горло натолкали ваты — она мешала вздохнуть, противно свербила внутри, сползала шершавым комком дальше вниз. — Ды… дышать тяже… ло… — Адан попробовал откашляться. Не помогло — вата никуда не исчезла. Зато появилось осторожное покалывание в висках.

Ллэр закрыл глаза и чуть приподнял ладони одна к другой, словно обхватил невидимый шар. Или голову. Затем опустил руки на стол, посмотрел на Адана:

— Твоя энергия отталкивает мою. С Мирой было… — он замолчал, нахмурился. — Иначе.

— Не надо со мной, как с Мирой. Это чревато, — отшутился Адан и опять закашлялся.

— Остроумно, — хмыкнул Ллэр. — У меня есть предположение. Наши девочки сейчас вцепились в волосы друг другу.

Адан машинально отметил, что уже не в состоянии разглядеть его лицо.

— Это не самое страшное из того, что рисует моё воображение. Хотя надо было всё-таки прихватить их с собо… — закончить фразу не получилось из-за очередного приступа кашля. Гораздо более ощутимого. — У… ме…ня навер… ное… эта… как её… Ал…лер…аллергия на Таль… Или дрянь уже ус… успела что-то сделать, — хрипло произнёс он, почувствовав кровь во рту. Испуганно лизнул тыльную сторону ладони, проверяя. Сглотнул. Соленоватый привкус усилился, но крови не было.

— Галлюцинации?

— Нет, решил помыться.

— Я серьёзно. У тебя галлюцинации?

Адан не ответил, сполз на пол, согнулся пополам, обхватив живот. Желудок свело судорогой. Следом замутило. Подумалось, что ничего не ел уже чёрт знает сколько. Может, причина внезапного недомогания в этом? Потом горло сдавил ещё один удушающий спазм, белые кольца заплясали причудливыми зигзагами. Пришлось зажмуриться. «Вата» набилась уже и в уши, и сквозь неё с трудом слышался голос Ллэра.

— Адан, послушай… Адан… — звук переместился: Ллэр стоял рядом. — Это не твоё. Это Мира. С ней что-то происходит. Но я её не чувствую. Не понимаю, где она сейчас находится. Попробуй ты.

— Не получается. Не могу сосредот… — Адан с трудом открыл глаза, перехватил встревоженный взгляд Ллэра.

— Ты даже звучишь, как она.

— Как от этого избавиться?

— Постарайся отделить её ощущения от своих.

— Каким образом?

— Теоретически, — начал Ллэр, но Адан не расслышал.

Окружающий мир в одно мгновение замолчал. Или он сам внезапно оглох. Не моргая, смотрел в серые глаза, видел, как шевелятся губы, но не слышал ни звука. Понимал, что происходит, где находится, что следует делать, но не мог пошевелиться, как будто кто-то подчинил себе его тело. Потом по венам пустили электрический заряд, слабость отступила. Ей на смену пришло раздражение. Следом — злость. Мгновенно из маленькой кусачей точки в груди она превратилась в раскалённый огненный шар и продолжала расти. Ещё секунда, и небывалую ярость уже невозможно было удержать в себе.

Адан вскинул голову, плохо соображая, что делает. Выпрямился, прогнулся назад, одновременно выставив перед собой руки. По обнажённым предплечьям вниз к запястьям побежали искрящиеся сиреневые молнии, кончики пальцев окрасились в лиловый цвет, ладони зажгло. А дальше от них отделился сверкающий сгусток энергии.

Затем всё вокруг исчезло. И к абсолютной тишине добавилась темнота.

— Чертовы доа… — пробился в сознание едкий голос Ллэра.

Адан так и не понял, сколько времени прошло, когда звуки и запахи неожиданно вернулись. Несколько секунд? Минут? Часов? Он с трудом разлепил веки, но Ллэра увидел не сразу.