Я начала контролировать свои мысли, думая о папе и маме, и о жизни в нашем приюте. Это было самое безопасное и счастливое место, которое я могла только представить.

Мы продолжили проверять здания вокруг храма.

Все они были пусты.

Ретт и его группа не теряли оптимизма. Они думали, что прошлой ночью заставили монстров убежать. Но я была согласна с Финном. Они всё ещё были здесь, они поджидали нас.

— Ретт, выйди на связь. Это Финн, — передал Финн по рации.

— Что случилось?

— Будь осторожен. Они умнее, чем мы думаем.

— Если они по-прежнему здесь, им лучше приготовиться к расплате, — услышали мы по рации.

Все его три группы заразились радостными возгласами.

Мы начали проверять следующую группу зданий. Наши группы стали отдаляться друг от друга.

Мы быстро проверили следующие пять зданий. Они все были пусты, но как только мы направились к окраине города, у меня разболелась голова.

Я остановилась, и Финн тут же заметил это.

— Эби, ты в порядке? — спросил Финн, схватив меня за руку.

— Так происходит, когда они близко. Моя голова начинает болеть. И эта боль становится всё сильнее с каждым разом, как я контактирую с ними.

— Чёрт, Эби. У тебя кровь идёт из носа, — сказал он. — Думаю, тебе стоит вернуться в Святилище. Я не хочу, чтобы ты была здесь, если ты чувствуешь себя не на сто процентов.

— Нет, — ответила я, вытирая нос. — Со мной всё будет в порядке.

Я попыталась втянуть кровь носом, потому что я не собиралась опять оставлять его. Тем более после того кошмара, когда я видела его на волоске от смерти.

— Эбигейл, ты не в порядке. Тебе надо вернуться, — сказал он более настойчиво.

Я поняла, что он сейчас был настроен серьёзно, потому что он никогда раньше не называл меня моим полным именем.

— Нет. Я уже сказала, что со мной всё будет в порядке. Мне уже получше, — соврала я.

Он изучающе посмотрел на меня. Я сделала всё возможное, чтобы не перемениться в лице и скрыть боль.

— Чёрт, ты такая упрямая, — сказал он, качая головой.

— Это приобретённая черта характера, — запротестовала я.

Он улыбнулся.

— Хорошо, но если я вдруг почувствую, что ты не справляешься, я лично свяжу тебя и отнесу назад. Твоё здоровье для меня важнее, чем очистка этого чертова города.

Я улыбнулась тому, что он был так озабочен. Он действительно переживал обо мне. Наши отношения постоянно проверялись за пределами нашего приюта. Они продолжали расти, укрепляться и расцветать, переходя на новый уровень.

Мы продвинулись уже так далеко, что не могли видеть другие команды, но нам становилось легче, когда они сообщали по радиосвязи, что "всё чисто".

Я молилась о том, чтобы все были осторожны и вернулись невредимыми. Количество людей на планете быстро уменьшалось. Теперь мы были исчезающим видом, и виной этому были наши мутировавшие противники.

Но именно в их возникновении было виновато человечество. Карма в буквальном смысле возвращалась, и мутанты могли не только укусить нас за зад, но сами укусы были ещё и смертельными.

Головная боль не утихала, и чем ближе мы подходили к окраине, тем сильнее она становилась. Я продолжала думать о родителях, и обо всех тех годах, что мы росли в приюте. О том, как мы с Финном ходили в школу, тренировались и о тех бесконечных часах, когда мы разговаривали или качались на качелях, или смотрели на нарисованный закат в нашем ненастоящем парке. У меня было так много чудесных воспоминаний, что их даже нельзя было вспомнить все сразу. Столько уже произошло с тех пор. Казалось, что это было так давно, словно это был неясный сон.

Я не сводила глаз с Финна и с тех зон, которые он не мог видеть, пока мы направлялись ко второму этажу здания.

Неожиданно включилась рация.

— Помогите! Нам нужна помощь!

— Лаура? — ответил Ретт. — Лаура, где вы?

— В старой кузнице. Поспешите!

Звуки выстрелов, крики и рычание эхом разнеслись по городу.

— Пошли, пошли, пошли! — закричал Финн.

Мы выбежали из здания и как можно быстрее побежали в сторону выстрелов.