– О какой дружбе может идти речь, если вы даже не представились?

– Хмм… Справедливо! – Мужчина выпрямился и гордо произнес: – Меня зовут Такахаси Джун.

– Джун? – спросил я и улыбнулся. Дело в том, что с японского это переводится как «послушный».

– Джун, – строго ответил мужчина и вытащил полицейский значок. – А еще я инспектор НПА. Поэтому шутки шутить мы точно не будем.

– Но как? С друзьями я привык обмениваться остротами!

– С друзьями? Кого это ты называешь друзьями? «Шестерок» из детского дома, кланявшихся тебе в ноги? Или рекламный холдинг, который платит тебе огромные гонорары за музыку, которую ты якобы сочиняешь?

– Почему якобы? – я насторожился.

– Два дела за кражу интеллектуальной собственности из Российской империи.

– И оба я выиграл!

– Просто сказочное везение… не более! Да и сегодня я пригласил тебя в это милейшее заведение далеко не из-за музыкальной карьеры, Ичиро-кун.

– Мотидзуки.

– Прости, что?

– Мы знакомы всего пять минут! Называйте меня с уважением. Будьте добры! – строго произнес я. – Ведь вы же полицейский.

– Хмм… Какая невероятная уверенность. Знаете, господин Мотидзуки, вы ставите под сомнение мой авторитет! Обычно преступники обделываются от одного лишь моего вида!

– А кто вам сказал, что я преступник? Я ничего противозаконного не сделал.

– Что же… Хорошо! Тогда, дорогой наш композитор, будьте добры и ответьте на один вопрос! Вы знаете этого человека? – Инспектор положил на стол фотографию молодого парня. У него тоже были золотистые растрепанные волосы и… Такая же гетерохромия глаз!

– Ого… – я аж выдохнул от неожиданности.

– Именно. «Ого…» По-другому и не скажешь! Его зовут Тайсе. Вернее, он так себя именует! Его настоящее имя мы, увы, не знаем. Так вот, этот парень за последнюю неделю завалил столько народу, что я просто боюсь говорить об этом вслух! И ладно бы простых людей… Он убивает членов кланов и их знакомых. Вчера он убил нескольких полицейских прямо у меня на глазах!

– Это прискорбно, сэр. Но при чем здесь я?

– Может, стоит принести вам зеркало?

– Не понимаю связи. Мы с ним совершенно не похожи!

– Европейская внешность, золотистые волосы и гетерохромия глаз. Один зеленый, а другой желтый. Странное совпадение, не находите? – Инспектор с подозрением сузил глаза.

– Откуда вы знаете про гетерохромию? – Я был удивлен, так как еще со времен детского дома носил линзы.

– Мне все про тебя известно! Ты яркая личность… Даже слишком яркая для этого города! И если думаешь, что Интернет тебя надежно спрятал, то можешь выбросить это из головы! Так что, Ич… Ой, простите! Господин Мотидзуки! Вы знаете этого человека?

– К сожалению, нет, – честно признался я. Блин… Почему мы так похожи? Может быть… С ним произошла аналогичная ситуация, как и со мной? Но с другой стороны… Он убивает конкретных людей. Это явно какая-то высшая цель… Хотя о чем это я? Может, он просто больной на голову псих!

– Очень печально, – разочарованно вздохнул инспектор и побагровел.

– То есть вы… ворвались в дом несовершеннолетнего парня в полночь из-за того, что я просто похож на убийцу? – с удивлением произнес я.

– Совершеннолетнего! Мы специально выждали до полуночи.

– Это глупо и очень некрасиво.

– Простите меня за некомпетентность, господин Мотидзуки.

– Проверять надо. Кстати, а как вы поняли, что я не вру?

– Малыш, ты знаешь, сколько через меня бандитов в день проходит? – усмехнулся инспектор и раскрыл наручники. – Если что-то увидишь – звони в НПА! Понял?

– Да, сэр! – Я махнул ему рукой и только хотел выйти, как резко остановился. – Простите, инспектор Такахаси! У меня к вам вопрос.

– Что такое? – недовольно отозвался полицейский и закурил.

– Дело в том, что когда вы «брали не того» – повредили мою дверь. Я хочу, чтобы НПА восстановило мое имущество!

– Чего? Ха! Ну ладно… Напиши заявление. Мы рассмотрим его и, может быть, восстановим дверь. Ты, господин Мотидзуки, в месяц получаешь раза в три больше меня. Неужели жалко дверь?

– Мне жалко то, что такие люди, как вы, вторглись в мою жизнь!

– У тебя не слишком ли длинный язык? Я могу укоротить, – хохотнул инспектор.

– Козел… – выдохнул я и вышел из кабинета.

Вот еще! Они должны защищать мою жизнь, а не портить ее! Хотя… Кого я обманываю? НПА – Национальное полицейское агентство, это такой же аристократический клан или якудза, только в другой оболочке. Иначе как объяснить, что они не лезут в эти разборки?

Выйдя на улицу, я увидел черный седан. Мужчина, что сидел за рулем, видимо, хотел просверлить меня взглядом! Честно говоря, я часто встречался с излишним вниманием. Можно сказать – привык… Но японцы очень воспитанные и осторожные люди. Скользящий взгляд, минутное замешательство и удивление… Это все можно понять, но тут! Меня прямо прожигали. Я решил, что не хочу дополнительных проблем, ибо на одну ночь хватит. Нужно просто сделать вид, что я этого не замечаю. Чего уж он? Европейцев никогда не видел?