У всех мужчин были такие глаза, словно тот самый маньяк вышел к нам сам без маски и бензопилы.

Вот только его самого это совершенно никак не волновало.

Может, были проблемы со зрением и новенький просто не замечал какой фурор произвел своим появлением, при чем не сколько на меня, столько на окружающую охрану, чьи ладони синхронно лежали на автоматах, готовые спустить курок в любую секунду.

Знаете, даже походка может выдавать человека – его натуру и внутреннюю сущность.

Например, мой папа всегда ходил очень размашисто, но делал это так, словно куда-то опаздывал или от кого-то бежал. Резко, порывисто, напористо и очень целеустремленно. Он и в жизни был такой – резкий, быстрый на решения, дерзкий на планы и всегда уверенный в том, что он во всем будет первым и единственным победителем.

Мой брат в юности был очень худым и угловатым, и даже несмотря на то, что с годами он возмужал и, так сказать, оброс мышцами во всех стратегически необходимых местах, его угловатость и зажатость никуда не делась. Он по-прежнему ходил слегка наклоняясь вперед, и вечно запинаясь о собственные ноги, а еще поднимал голову только в том случае, если кого-нибудь сбивал со своего пути случайно или налетал на преграду, поставив триста восьмую шишку на своем умном лбу.

То, как ходил этот мужчина, было преступлением!

Плавно, уверенно и неумолимо он подкрадывался к тебе – огромный, самоуверенный, надменный.

В каждом его движении сквозила сила и ловкость, о которой возможно никто из присутствующих даже не догадывался.

Так себя ведут спортсмены, тренировавшиеся долгие годы и взявшие золото всех олимпиад, входя в спортзал к тем, кто еще не умел толком даже отжиматься.

Он определенно знал на что способен и как силен, поэтому в его взгляде была надменная тоска и колючая насмешка над теми, кто не обладал и десятой частью его возможностей.

Самое страшное, что это знали и парни из охраны.

Именно поэтому они были так напряжены и собраны, словно стояли на минном поле, понимая, что любой шаг может им стоить жизни.

Искренне хотелось попятиться назад при его приближении, а потом бежать без оглядки, боясь услышать за спиной его дыхание…но в то же время ощущая совершенно нездоровое возбуждение, потому что ты была жертвой, а твой преследователь – чертовски сексуальный и опасный мужчина.

Настолько опасный, что кажется лучше об этом было просто не задумываться!

Я не могла удержать себя на месте, отступая на шаг назад за спину Нила, когда этот мужчина, что теперь показал свои истинные габариты и казался еще более массивным и огромным, чем в первый раз, вальяжно и совершенно расслаблено дошел до нас, чтобы проговорить сухо и насмешливо, глядя вызывающе в глаза того, кто был здесь начальником для всех без исключения:

– Я никому ничего не должен.

Я могла поклясться, что отчетливо услышала, как клацнули зубы Нила от такой вероломной наглости и неповиновения, когда каждый из этих парней не задумываясь выполнял любую команду, полностью доверяя опыту и знаниям Нила, и скорей всего пройдя с ним плечом к плечу не одну «горячую точку».

– Все солдаты выполняют мои указания точно. И молча!

– Я не солдат!
– вдруг рыкнул этот огромный мужчина, отчего я вздрогнула, тут же скорее почувствовав, чем увидев, как ближайшие из охраны парни оказались в секунду рядом со мной, готовые защищать и оберегать даже ценой свой жизни, пока я не могла дышать, глядя во все глаза на того, кто излучал силу и надменность в каждой сказанной букве.

Парни в черном не отошли от меня, даже когда этот полуобнаженный великан язвительно хмыкнул, словно специально пытаясь достать всегда спокойного и собранного Нила:

 - А ты можешь командовать своими клоунами сколько влезет.

Я испуганно покосилась на Нила, чья спина была натянута, словно тетива для стрелы, пока этот язвительный самоуверенный тип просто прошел мимо нас, отправляясь в неизвестном направлении, явно не являясь частью команды не только внешне, но и по своим мотивам.

– Ты должен быть всегда на виду!! – рявкнул Нил ему вслед, пока я, не моргая рассматривала широченную спинищу с выпуклыми мышцами, а еще множеством мелких шрамов, которые можно было рассмотреть даже в полумраке ночи.

– Всё, что я должен – это обеспечить сохранность этой озабоченной малявке и не более, - снова хмыкнул язвительно и колко мужчина, когда я поняла, что в одну секунду покраснела так сильно, что наверняка это было видно даже в темноте, на секунду задохнувшись от возмущения…и паники. Ведь он определенно знал, о чем говорил, даже если я пыталась сохранить свой вид хотя бы отчасти спокойным, а самое главное очень возмущенным, слыша, как за моей спиной кто-то из парней буквально прошипел:

– Да как ты смеешь!!