— Дикие тогда не были хозяевами этих земель, — сказал зверь, — Тогда здесь правила стая Скорпионов, но позже… она оказалась слабее.

Он хмыкнул, и я, скрипнув зубами, снова бросился в атаку. Я прыгнул вперед и провел несколько тычков, меняя уровни — вверх, вниз, вверх, вбок… и снова вверх!

Но Хакон будто читал меня. Хильда в прошлый раз не уступала ему, и мне показалось, что этот зверь еще даже не раскрывал своей истинной силы.

А его разговоры о Диких Волках, это равнодушие к беспределу тех времен… Я знаю, историю пишут победители, но после правды Рычка уверенность Серых в своей правоте выводила меня.

Я разгонялся, не давая больше вставить зверю ни слова. Я стал вихрем смерти, накручивая вокруг копье, и, казалось, что острие мелькает в каждой точке вокруг меня.

— Восхитительно! — только и выдохнул Хакон, в который раз ужом выскользнув из-под удара.

Как этот громила, не задев меня, промелькнул в сантиметре от моего плеча, я не понимал. Я уже был на пределе, дальше только рвать жилы. Но растяну связки — и замедлюсь.

Завершив очередной вихрь ударов, я снова остановился в центре двора, а глава Лунного Света стоял там же, возле манекенов. Будто издевался.

— Белые Волки думали, что они правы, — вдруг сказал Хакон, совершенно поменяв тему.

Я стоял, прикусив губу, вглядываясь в глаза противника, и молчал, пытаясь придумать новую стратегию нападения. Тот ухмылялся, оценивающе глядя на меня, а потом повернулся к Хильде:

— Ты тренировала его?

— Нет, не успела.

— У него зачатки силы тела, — задумчиво сказал он, — И еще что-то…

Какой проницательный! С этой мыслью я метнулся вперед, замахнувшись копьем, как огромным топором. Наметив сокрушительный удар сверху, я в последний момент скользнул на коленях, как футболист, и метнул копье древком вперед.

Огромный Хакон промелькнул сбоку, всего в паре сантиметров, и легонько подтолкнул меня ладонью в спину. Я так и проскользил вперед, едва не врезавшись в манекен, но успел упасть на спину и уткнулся в него ногами.

— Запомни, абитур, — сказал Хакон, — Сила оружия позволяет мастерски владеть оружием. Ты получаешь ее, когда клинок или копье становятся продолжением руки.

Я кувыркнулся на живот, рядом лежало мое копье. Неторопливо встав, я отряхнулся.

— А с силой тела тебе уже не нужно копье. Твое тело — само как оружие, и мастер голой рукой может остановить меч.

Покосившись на Волчицу, я поморщился. Та смотрела насмешливо, ее глаза будто говорили — «запоминай, первота, тебя сам Хакон учит!»

Это напомнило мне разные легенды из мира боевых искусств. В детстве я смотрел много фильмов на такую тему, и просто фанател от всего этого. Но сейчас, когда я сам с головой погрузился в это, во мне проснулся скепсис.

— Как может тело быть сильнее оружия? — наконец спросил я, — Сталь крепче кости, и не боится боли.

Хакон не ответил, а встал напротив, расставив ноги и выставил в сторону ладонь, словно меч. Провоцировал меня — ну давай, нападай!

Я тоже вытянул руку с копьем в сторону, чуть пригнулся. Вызвав чувство земли, я стал наращивать энергию, четко представляя, как она втекает через ноги в тело. Я закручивал ее спиралью — настало время для «каменного жала».

Но не успел я оттолкнуться, как Хакон сам оказался рядом — он пронесся сбоку быстрее, чем разогнулась моя толчковая нога. Копье в руке дернулось, и я, затормозив, с удивлением посмотрел на короткую палку, зажатую в кулаке.

Зверь опять стоял возле манекенов и держал в руке наконечник с обрубленным древком. Я приблизил к лицу место слома — будто острым клинком хватили. Но как?

— Что тебя связывает с Белыми Волками? — вдруг спросил глава Лунного Света, причем его голос прозвучал необычно холодно.

— Это моя тайна, — ответил я, не видя смысла лгать.

Краем глаза я заметил, как нахмурилась Хильда.

— Едва я упомянул о них, от тебя изошли волны ненависти, — сказал Хакон, — Это было очень глубокое чувство.

Я ничего не сказал, продолжая сверлить его взглядом. И так понятно, что я проиграл — с этим обрубком ничего не сделать. А впрочем…

Отбросив палку, я пошел вперед, подняв по-боксерски руки. Я грациозно запрыгал на носочках. Надо-то всего лишь коснуться. Как же мы любили на службе побоксировать, так еще и в детстве секции были. Что я, зря на них ходил, что ли?

Брови Хакона подпрыгнули, я услышал восхищенный вздох Устрицы. Руки быстрее копья, за ними легче следить, я их лучше чувствую. Ну, все это в теории, конечно.

— Теперь я понял, почему ты его так назвала, — насмешливо отметил глава Лунного Света, — Ну, прямо прабабка!

Ох, как же они меня все задрали с этим именем! Спика, Спика, Спика…

Я подскочил к Хакону, наметив правой в корпус. Короткий джеб, и резкий нырок вперед с ударом левой.

Нет, все равно ушел. Вот он, плавно перетек в сторону.