Шрифт:
– Их увели в подвал, там обычно наказывают непослушных за отказ работать или обслуживать…
– Тише! — вновь зажал я ей рот, второй рукой приставив указательный палец к своим губам чтобы она замолчала.
Она послушно кивнула. За дверью раздались шаги. Тяжелые ботинки мягко шелестели по ковру в коридоре. Я решил осмотреть комнату в поисках места, где можно спрятаться, или чем можно воспользоваться как орудием для самозащиты. Ничего не было. Лишь пустая комната с голыми стенами, на котором висел огромный телевизор, а также кровать с железной спинкой и висящими наручниками по краям. Дальше вела дверь, за которой виднелась небольшая ванная комната.
– Зоя, ты там как? — раздался голос охранника.
Я посмотрел на девушку понимая, что к ней обращаются.
– Сейчас медленно уберу руку, только попробуй закричать, — прошептал я, демонстрируя огненный шар на другой руке.
Мне не хотелось причинять ей вред, но я волновался о том, что она может выдать меня.
– Все хорошо, я жду клиента, — ответила она человеку за дверь, а я вздохнул с облегчением.
– Может быть, пока его нет, мы быстро…
– Нет! — воскликнула она, — Я уже накрасилась и подготовилась… Ты все испортишь…
Ручка двери дернулась поворачиваясь.
– Да ладно тебе, давай по-быстрому, даже макияж не испорчу…
– Быстро скажи мне где нужно искать этого ублюдка со сломанной рукой? — задал я ей вопрос, смотря на то, как дверь медленно открывается. Видимо, охранник действовал, осторожно поглядывая по сторонам чтобы его не заметили.
– Он в своем кабинете в конце коридора, а твои друзья внизу! — быстро ответила она, всхлипывая от страха.
Я мог бы прямо сейчас превратиться в собаку и сбежать. Магической энергии хватит, но видя ее страх… черт, я колеблюсь! Не знаю, как поступить! Точнее знаю, но сомневаюсь…
– Зоя! Ты готова?
– Прошу, спаси меня! Я так устала от всего этого! — плача умоляла она.
От ее вида я скрипнул зубами, но все же превратился в собаку, как раз в тот момент, когда охранник все же зашел. Я бы дал ему премию за самое долгое открывание двери на свете, только потому что это дало мне достаточно времени чтобы убедиться в местонахождении нужного мне человека.
– Вот ты где моя красавица! Чего плачешь? Не хочешь?! Да я тебя, сучка, все равно заставлю!
Их голоса звучали за моей спиной, пока дверь медленно закрывалась. Я не хотел смотреть в ту сторону, и так мысленно представляя, что там творится. Вот раздается звук смачной пощечины, всхлипы девушки, стоны боли. Он грубо хватает ее за руку и пытается поставить на ноги. Она, всхлипывая сопротивляется.
– Лучше тебе самой раздвинуть ноги, иначе я их сломаю и будет больно! — сказал парень, расстегивая ширинку своих брюк.
– Лучше тебе реально отстать от нее! — спокойно сказал я, превращаясь обратно в человека за его спиной.
Подсечка и удар под колено вывели его из равновесия, он упал на пол запутавшись в съехавших на колени брюках. Как бы мысленно я не корил себя за то, что трачу время и возможно упущу свою цель, но я вспомнил слова Крила которые он сказал перед своей смертью: “Не прощай паскуд”. Именно этим я сейчас и займусь. Не прощу и накажу.
– Лучше тебе уйти отсюда, — посоветовал я Зое, но она отрицательно мотнула головой, — Как хочешь… А ты иди сюда.
Парень лежал на животе пытаясь встать, я носком тяжелого ботинка надавил на его ногу в том месте, где находится голеностопный сустав. Он замер, чувствуя неладное, и не зря. Добавив силы, я услышал характерный хруст. Охранник застонал от боли, но сдержался.
– Паскуда чертова! Да я тебя урою! И девку эту вмес…
Договорить ему не дала скомканная простынь, которую я запихнул в его рот чтобы прервать этот поток ругани. Дверь была закрыта, а на этаже из охранников больше никого не было, но мне все равно не хотелось, чтобы его кто-то услышал. Сняв наручники с края спинки кровати, я заковал руки парня. Теперь он лежал на полу словно фаршированная свинка с яблоком во рту.
– Спасибо, — коротко бросила Зоя, — За то, что вернулся.
– Я не особо хотел, — признался я, — Если бы не слова одного знакомого, то…
Я не хочу быть каким-то героем в ее глазах. Пусть знает правду, пусть прекратит считать, что когда-нибудь появится кто-то сильный и вытащит ее из всех передряг. Пусть сама начнет бороться за свою жизнь. Черт! Я же обычный восемнадцатилетний парень! А уже решаю такие вопросы… О таком точно маме не расскажешь по телефону, да вообще кому-то не хочется рассказывать.
– Он скован, теперь делай с ним что хочешь, — сказал я, отходя от парня.
– Но, что мне теперь делать? — с мольбой во взгляде обратилась она ко мне.
Я, по-твоему, знаю все ответы на вопросы? Нет уж, учись сама думать!
– Плевать. Хочешь оставайся и раздвигай ноги до той поры пока тебя не задушит какой-нибудь извращенец, а хочешь убегай подальше от этого места и становись нормальной пробужденной. Это твоя жизнь, и никто тебя здесь вечно спасать не будет, просто потому что ты похлопала своими глазками и пустила слезу.