– Что вы затеяли? – воскликнул я.

– Ничего плохого, капрал, – ответил Берт. – Хотим узнать, что мы охраняем. Извини, приятель, мы рассчитывали всё закончить, пока ты стоял на вахте. Но ящики крепче, чем мы ожидали.

– Немедленно заколотите ящик. Если кто-то увидит, чем вы занимаетесь, не миновать беды.

– Минуту, капрал. Смотри, мы уже. вскрыли его. Сунь сюда штык, Силлз. Нажимай.

Заскрипели гвозди, крышка пошла вверх. Ящик заполняли ряды коробочек из дерева.

– Что ж, значит, это не двигатели.

– Идиоты! – крикнул я. – Вдруг это секретное оружие. Или опасные для жизни химические вещества. Как я, во-вашему, объясню, что один из ящиков оказался вскрытым?

– Пустяки, капрал, пустяки. – Берт вытащил одну коробочку, длиной дюймов восемнадцать и шириной не более девяти. – Не волнуйся. Мы всё поправим так, что никто ничего не заподозрит. – Он зажал коробочку между колен и сорвал крышку. И тут же присвистнул от удивления.

– Однако… Взгляни, капрал. Серебро. Вот что тут такое, приятель. Неудивительно, что им понадобилась охрана. Действительно, это было серебро. В коробочке лежали четыре бруска, ярко блестевшие в свете единственной электролампочки.

– О, Боже! Будь у меня хоть один такой брусок, – пробормотал Берт. – Хотел бы я посмотреть на физиономию моей старухи, когда положу его на кухонный стол. Осторожно, кто-то идёт! Он едва успел убрать коробочку с брусками, как дверь откатилась в сторону и вошёл Рэнкин.

– Почему снаружи нет часового? – спросил он. Его лицо раскраснелось от выпитого виски.

– Я только что вошёл, чтобы позвать сменщика, – ответил я.

– Ваши люди должны заступать на вахту без напоминания. Возвращайтесь на пост. Напрасно вы надеетесь, что под покровом темноты сможете нарушать приказ. Хороший из вас получится офицер! Я пришёл сказать вам, что на случай повреждения судна наша шлюпка – номер два по левому борту. – Тут он заметил штык в руках у Берта. – Что это вы задумали, Кук?

– Ничего, мистер Рэнкин, ничего, честное слово, – невинно ответил Берт.

– А почему у вас в руке штык? – настаивал Рэнкин.

– Я собираюсь почистить его.

– Почистить! – фыркнул Рэнкин. – Да вы никогда ничего не чистили, во всяком случае, по собственному почину. – Он шагнул вперёд и увидел вскрытый ящик. – Значит, вы вскрыли ящик, Кук? По прибытии в Англию, Кук, вам придётся…

– Одну минуту, господин мичман, – прервал его Берт. – Разве вы не любопытны? Мы не сделали ничего плохого. Вы знаете, что в этих ящиках?

– Разумеется, знаю, – ответил Рэнкин. – А теперь заколотите ящик.

Берт хмыкнул. Держу пари, вы думаете, что там самолётные двигатели, как туг и написано. Взгляните-ка сюда. – И он протянул Рэнкину коробочку с серебряными брусками.

– О, Господи! – прошептал тот. – Серебро! – Он поднял голову и сердито продолжал: – Ты болван, Кук! Это же драгоценный металл. Смотрите, тут печать. Ты сломал её. За это придётся отвечать. Как только судно войдёт в гавань, я посажу тебя под арест. И вас тоже, капрал. А теперь возвращайтесь на пост. Я двинулся к двери, но голос Берта остановил меня.

– Послушайте, мистер Рэнкин. Как только мы окажемся в Англии, я отправлюсь в отпуск к жене и детям. Если у кого-то и будут неприятности, то только не у меня.

– Что ты хочешь этим сказать? – насупился Рэнкин.

– Я хочу сказать, что за охрану груза отвечаете вы. И не только за охрану, но и за наши действия. Так? И лучше всего положить коробочку на место и ничего никому не говорить. Не так ли, мистер Рэнкин?

Рэнкин ответил не сразу.

– Хорошо, – наконец выдавил он. – Положите коробочку на место и заколотите ящик. Я доложу капитану, а он решит, какие нужно принять меры. Сломанную печать скрыть не удастся. Чиновники казначейства наверняка захотят узнать, кто сломал её, когда и зачем.

Я вышел на палубу. Несколько минут спустя ко мне присоединился Рэнкин.

– Будьте осмотрительней с этим Куком, – сказал он и направился к трапу, ведущему на капитанский Мостик.

Сознание того, что нам доверена охрана действительно ценного груза, круто изменило моё отношение к происходившему. Нельзя сказать, что я сразу стал подозревать капитана Хэлси, но обострившееся чувство ответственности во многом обусловило мои дальнейшие действия. Я никого не боялся. Наоборот, мерный гул двигателей под ногами, солёный туман, висящий над палубой, прибавляли мне сил, вселяли уверенность.

– Ахой, «Трикала», – прогремел над водой металлический голос из далёкого мегафона. – «Скорпион» вызывает «Трикалу».

– «Трикала» слушает. «Скорпион», говорите, – ответили с мостика. Сначала я ничего не увидел. Затем слева по борту различил в темноте белый бурун рассекаемой форштевнем корабля воды. Когда далёкий мегафон загремел вновь, я уже видел стройный силуэт эсминца, идущего параллельным курсом.

– Штормовое предупреждение. «Трикала», сближайтесь с «Американским купцом». Сближайтесь с «Американским купцом» и держитесь рядом с ним.