– Вовсе не переносят свет. Если хочешь устроить охоту на Кентавра, следует выходить ближе к закату. Но берегись! Ты сама можешь стать наживкой. Были случаи, когда на островах исчезали молоденькие девушки.

– Стоп! Это уже реклама! – заявила я. – Аскольд, не трави душу. Тебе пора в турагенты, а не валять дурака.

– Между прочим, я работаю, – обиженно промямлил он. – Иногда.

– Для кого-то праздная жизнь тоже работа, – обреченно произнесла я. – Например, я каждое утро встаю ни свет, ни заря и иду в фитнес, затем в салон и на шопинг, а вечером в клуб или театр.

– Соглашусь, – поддержала Кристина, находясь на моей стороне в любых ситуациях. Но поддакивать лучше в разумных пределах, чтоб не создавалось впечатление, что рядом сидит попугай, а не уникальная личность.

В отличие от Антона я равнодушна к любой мифологии. Я не язычница и верю в единого Бога, особенно когда у меня кончаются деньги – самое время перекреститься и попросить у творца финансов. Иногда помогает. В древнегреческих баснях я не разбираюсь. Кентавра, конечно, выделю в толпе мегаполиса и на склоне гор, но отличить Гермеса от Зевса и Посейдона затруднюсь. Меня волнуют лишь Афродита и слегка Артемида. С девичьей юности я стремлюсь походить на них и ищу секрет их неисчерпаемой красоты. Выходит, даже я в теме, раз помню их имена. Значит, есть, что обсудить с Антоном, послушав уроки истории. Я буду благодарной ученицей. Клянусь Зевсом!

Конец ознакомительного фрагмента.